Снайперов высадили окончательно. Шрам, Ларош и Мартинес побежали к холму низкому в километре от города, высота метров двадцать над равниной, обзор хороший. Вскарабкались, заняли позиции, устроились между камнями. Русский расстелил плащ-палатку, лёг, установил винтовку на сошки. Достал бинокль, осмотрел город.
Киддаль был маленький, сжатый, типичный сахельский городок. Дома глинобитные одноэтажные, крыши плоские, улицы узкие. Мечеть в центре, минарет высокий, старый. Рынок рядом, площадь пустая. На окраинах баррикады из мусора, машин, мешков с песком. Движения почти нет — город мёртвый, население спряталось или ушло. Но на крышах мелькали силуэты, боевики занимали позиции, готовились. На баррикадах видел стволы пулемётов, РПГ. Считал быстро — минимум пятьдесят боевиков видимых, значит всего около двухсот как разведка говорила.
— Орёл на позиции, — доложил по рации. — Город под наблюдением. Противник готов, занял оборону.
— Принято, — голос Леруа. — Ястреб, Сокол, доклад.
— Ястреб на позиции, юго-запад, вижу рынок и мечеть.
— Сокол на позиции, северо-восток, вижу окраину и дорогу на север.
— Отлично. Держите сектора. Через пять минут начинаем. Артиллерия отработает десять минут, потом идём.
Шрам смотрел в оптику, искал цели приоритетные. Нашёл командира на крыше дома у рынка — высокий, в белой одежде, махал руками, отдавал приказы. Отметил мысленно. Пулемётчик на баррикаде западной, ДШК тяжёлый, опасный для БТР. Ещё один. Снайпер на минарете, высоко, метров тридцать над землёй, хорошая позиция. Приоритетная цель номер один.
Проверил винтовку ещё раз — патрон в патроннике, затвор работает плавно, оптика чистая. Приготовился. Ждал команды.
Внизу миномёты подняли стволы под углом семьдесят градусов. Заряжающие опустили мины в стволы, отскочили. Командир артиллерии поднял руку, опустил.
— Огонь!
Восемь стволов выплюнули мины одновременно, глухие хлопки, стволы дёрнулись, отдача ушла в землю. Мины взвыли в воздухе, полетели дугой, исчезли из виду. Пять секунд полёта. Потом взрывы в городе, оранжевые вспышки, столбы дыма и пыли. Первый залп лёг на окраину, по баррикадам. Второй залп, ещё восемь мин, полетели. Взрывы ближе к центру. Третий, четвёртый, пятый. Город задымился, взрывы гремели непрерывно, здания рушились, баррикады разлетались, люди бегали в панике.
Шрам смотрел в оптику, отслеживал эффект. Баррикада западная разнесена, пулемёт молчит, расчёт мёртв или разбежался. Несколько домов на окраинах горят, крыши провалились. Но центр целый, мечеть стоит, минарет не тронут. Снайпер на минарете всё ещё там, видел силуэт, прижался к парапету, пережидает обстрел.
Десять минут артиллерии. Восемьдесят мин, методично, квадрат за квадратом накрыли город. Потом тишина, только треск пожаров, крики, где-то вой раненого.
— Артиллерия, прекратить огонь! — приказ Леруа. — БТР, вперёд! Пехота, следом!
Шесть БТР двинулись на город, растянулись в линию, башни вращались, искали цели. Пехота бежала сзади, пригнувшись, цепью, интервалы по пять метров. Сто пятьдесят легионеров наступали на Киддаль, через дымящуюся пустыню, через воронки от мин, через обломки и трупы.
Боевики открыли огонь с пятисот метров. Автоматные очереди, пулемёты, РПГ. Гранаты летели в БТР, промахивались, взрывались рядом. Одна попала в борт БТР, взрыв, машина остановилась, дымилась, но экипаж живой, продолжал стрелять. Пехота залегла, отстреливалась.
— Снайпера, работайте! — приказ в рации.
Шрам нашёл снайпера на минарете в оптику. Тот высунулся, целился вниз, в наступающих. Дистанция семьсот метров, ветер усилился, слева, три метра в секунду. Коррекция четыре щелчка вправо, два вверх на падение пули. Прицел на грудь, центр массы. Выдох медленный, пауза, сердце между ударами. Спуск плавный.
Выстрел. Винтовка дёрнулась, приклад в плечо. Смотрел в оптику не отрываясь. Снайпер на минарете дёрнулся, схватился за грудь, качнулся, упал вперёд через парапет. Летел долго, тридцать метров, ударился о землю, не двигался больше.
— Орёл, снайпер на минарете ликвидирован.