На фоне серого гранита чётко виднелась безжизненная, облепленная вонючей грязью чёрная рука с белым пальцем, поднятым кверху, словно для того, чтобы на него надели обручальное кольцо в знак бракосочетания с нечистым подземным богом.
— Что говорит Иппаркий? — спросил Аврелий, входя в таблинум своего дома.
Всего через несколько часов после смерти Лу-чиллы патриций передал своему личному врачу немного лечебной грязи, которую собрал с тела девушки.
— Ему потребуется несколько дней, чтобы исследовать, господин, — ответил Кастор. — Нелегко понять, содержится ли в этом веществе что-нибудь постороннее.
— Боюсь, он что-то обнаружит. Это странное несчастье вызывает у меня большие подозрения, — проговорил сенатор.
Аврелий хорошо знал асфальтит — жирную чёрную смолу из пустыни, которую называли также каменным маслом, потому что она выступала на поверхность непосредственно из земли.
Целые залежи этой смолы находились к югу от Иерихона, недалеко оттого места, где согласно еврейским мифам развращённый город был разрушен божественной яростью, а чересчур любопытная женщина превращена в соляную статую.
Побывав в этих жарких местах, Аврелий и сам захотел применить эту чудесную смолу, но её неприятный запах отбил всякую охоту и заставил довольствоваться более традиционной глиной.
Асфальтит между тем настолько широко употребляли в лечебных и эстетических целях, что на южных берегах Мёртвого моря в Иудее веками существовали предприятия, которые продавали по всему миру бальзамы, мази и соли для ванн. Та же Клеопатра пользовалась им для ухода за своим телом, и с тех пор, насколько слышал Аврелий, никто никогда не жаловался на них.
— Думаю, ей просто стало плохо, — заметил грек. — Иногда грязевые ванны перегружают сердце.
— Почему же она не позвала служанку, не позвонила в колокольчик, он же был под рукой?
— Может, не успела или не дотянулась до него. Приступ случился неожиданно, потому что ещё за час до этого она превосходно себя чувствовала, во всяком случае, если послушать её сестру. И если, конечно, Камилла не лжёт…
— Нет, служанка, которая принесла ей сухое полотенце, видела её со спины возле ванны.
— Над чем же ты задумался, господин? Девушка была в комнате одна, а снаружи её сторожила служанка.
— Эта служанка подошла всего несколько минут назад. Что же касается запертой двери, ты сам показал мне, как трудно было справиться с нею. Чтобы закрыться изнутри, нужно вручную задвинуть засов, и это сделала сама Лучилла, не желая, видимо, чтобы кто-то побеспокоил её, пока она принимает ванну. Никто, однако, не помнит, куда делся ключ, который отодвигает эту задвижку снаружи, потому что никто никогда им не пользовался. Вот и пришлось вмешаться тебе со своей отмычкой.
— Ну и что? — удивился Кастор, не понимая, куда клонит господин.
— Час назад, когда выходила служанка с полотенцем, дверь была открыта. Чтобы закрыть дверь изнутри, Лучилле нужно было не только выйти из кальдариума, но и выйти в раздевалку. И если, как подтверждают и сестра и служанка, она вставала из ванны, на полу в этих помещениях должны были остаться мокрые следы. Но пол был совершенно сухой.
— Ну, она же могла быть в тапочках…
— В комнате не было никакой обуви, ни уличной, ни домашней.
— Она могла аккуратно вытереть ноги…
— Асфальтит липнет к влажной коже, да и зачем вытирать, если она снова собиралась войти в ванну.
— Бедняга, её так все любили: кому могло прийти в голову убить её?
— Но почему ты думаешь, что хотели убить именно её? Она никогда не принимала грязевых ванн, а вот Аррианий лечился грязью от псориаза, иногда и Камилла применяла их, желая сделать кожу гладкой.
— По-твоему, выходит, речь идёт не о несчастном случае и жертвой должен был стать кто-то другой… Слишком уж ты нафантазировал, господин! Стареешь, и теперь тебе всюду мерещатся убийства. Когда развлекался с красивыми женщинами, не был таким подозрительным.
— Мне только что исполнилось сорок лет, Кастор. Лучший возраст для мужчины, и на прошлой неделе я был у Цинции, — возразил задетый за живое Аврелий.
— У Цинции, у куртизанки! — воскликнул Кастор с явным презрением. — Ты же любитель трудных побед, патрон! Вот, например, Камилла: породистая самка с железным характером, как раз такой тип, какой тебе нравится. Вдобавок и муж у неё что-то вроде старой обезьяны. Или теперь предпочитаешь спокойные радости от искусства и философии?..
— Хватит! — с раздражением прервал его Аврелий. — Это всё тебя не касается!