Лина на цыпочках вышла в коридор и замерла, прислушиваясь.
— Полинка! Оглохла, что ли? — послышался из-за двери голос соседки.
— А, это вы, тетя Клава, — Лина с облегчением зазвенела засовом.
— Молоко забирай, — соседка вручила ей литровую банку с пенящимся парным молоком. — А посуду давай взамен.
Лина достала с полки приготовленную чистую банку и отдала тете Клаве. Но та не уходила, топталась на пороге, порываясь вдвинуться внутрь.
— Кто это там у тебя? — с деревенской простотой спросила она. — Я голоса слышала.
— Голоса? — Лина изобразила удивление. — Телевизор, наверное. Новости передают. — И увидев, как навострила уши соседка, добавила: — Да я выключила уже.
Та наконец убралась. Лина только успела запереть дверь, как на крыльце заскрипели тяжелые шаги и вновь раздался стук.
— Кто? — прижавшись спиной к двери, выдохнула Лина.
— Откройте, милиция, — требовательно ответил мужской голос.
«Ну все… — обмерла Лина. — Кто же меня мог увидеть? Если я сейчас открою, то они все поймут по моему лицу… А если меня прямо спросят, я расплачусь, и все будет ясно».
— Извините, — пролепетала она дрожащим голосом. — Я моюсь, не одета. А что вы хотели?
— Вы не встречали в поселке посторонних? Мы ищем мужчину лет тридцати. Высокий, худой, с усами, одет в пуховик.
Его уже ищут! Думают, что его убили и ограбили. Родственники, наверное, волнуются, с ума сходят… Машина перевернута, а человека нет…
Лина закусила губу. Что делать? Как страшно… Нет, она не скажет правду.
— Не-ет… — протянула она. — Я еще не выходила из дома.
Что она несет? Ее ведь сегодня видели на конезаводе. А впрочем, откуда этим знать, где была, чем занималась утром какая-то Полина Бахорева?
— Извините, — ответил голос. И другой скомандовал: — Пойдем дальше.
— Фу… — Лина с шумом вдохнула и выдохнула воздух, будто долго плыла под водой без маски и сейчас только вынырнула.
Она шагнула в комнату и замерла на пороге.
Кровать была пуста. Ее пленник, ее пострадавший исчез.
Глава 19
ПЕРВАЯ НИТОЧКА
Грачев исчез. Словно в воду канул или воспарил и растворился в сером предрассветном небе Подмосковья…
А Геннадию Дементьеву предстояло выполнять свой служебный долг.
Исчезновение основного подозреваемого пока еще ничего не меняло в привычном ходе следствия.
Набегается и появится. Рано или поздно, а преступник обнаружит себя и угодит в сети блюстителей закона. Сколько веревочке ни виться, а кончику быть.
Сейчас Дементьеву предстояло выявить круг знакомых Грачева и его предполагаемых сообщников.
Ну не мог же он пойти на такое дело один, ей Богу! Это против всех законов следственной логики.
В обнаруженной на месте преступления сумке нет ни валюты, ни оружия. Не в карман же он запихал такую сумму…
А что, если сообщник находился в самом обменном пункте?
Им мог оказаться убитый охранник, Александр Павлович Первухин.
Следователь Дементьев хорошо помнил недавнее дело по ограблению филиала банка на Владимирской улице. Там наводчиками и сообщниками бандитов оказались оба охранника, дежурившие в ночь налета. Их связали, избили для отвода глаз…
Да, но не убили же…
Возможно, Первухин не был сообщником, а знакомым или приятелем Сергея Грачева, за что и поплатился жизнью.
Это он впустил Грачева в закрытый уже обменный пункт, не подозревая о том, что случится через несколько секунд.
А может, погибший охранник знал не только Грачева, но и его спутника, сообщника.
Сколько вопросов, предположений и ни одного вразумительного ответа у следователя Дементьева.
Ну ничего, лиха беда начало. Надо навести справки об охраннике, потянуть сперва за эту ниточку.
Родители Саши Первухина с трудом отвечали на вопросы Геннадия, они еще не оправились от страшной вести.
Его друзья? Знакомые? Чем занимался в нерабочее время? С кем встречался?
Всегда ли родители могут ответить на такие вопросы, касающиеся их взрослых детей?
Обычный парень, как все. Армию отслужил, в десантных войсках.
Они показывали следователю альбом с фотографиями, любовно оформленный, дембельский. Припоминали имена полковых друзей, тыча пальцами в сияющие мальчишеские лица.
«Счастливое поколение… — подумал Геннадий. — Ни Афгана, ни Чечни на их долю не выпало. — И тут же одернул себя: — Выпала страшная гибель в мирной столице, причем в центре».
С кем дружил в Москве? Вон, с Витькой из соседнего подъезда. Еще качаться ходил вечерами в спортзал на Беговой…