Мы были у Марка дома, ну как всегда в последнее время. И уже собирались ложиться спать. Завтра надо было закончить последние приготовления.
Я уже была в постели, Марк сидел рядом, что-то писал в телефоне. Я предприняла последнюю попытку:
– А песок там белый?
– Белый! – Согласился Марк. – Белый, как снег!
Ответил он, улыбаясь, встал с постели и куда-то направился. И тут меня понесло.
– Знаешь что, Марк? Я, конечно, тебя очень люблю. – Он резко остановился, как будто напоролся на стену, но я не заметила этого. Скрестила руки на груди, надула губы, и продолжила. – Но греть задницы белым медведям, причем в купальниках, в количестве пяти штук, я точно не собираюсь. Я никуда не поеду! – Закончила я.
Он медленно развернулся, пристально глядя мне в глаза.
– Что ты сказала? – Хрипло спросил он.
– Что никуда не поеду. – Удивленно повторила я, глядя на его странную реакцию.
Он прикрыл глаза. Мотнул головой.
– До этого…
Я нахмурилась, прокручивая свой монолог. Мои глаза расширились. Я прикрыла рот ладошкой. До меня дошло, что я, только что ему сказала! Конечно, я столько раз мысленно это произносила, неудивительно, что это вырвалось наружу!
– Как глупо получилось. – Прошептала я.
– Это правда? – Задал вопрос.
Я кивнула.
– И что же глупого в этом? – Он вернулся к постели.
– Ну… – Я почувствовала, что начинаю краснеть. – Признание и задницы медведей. Я не так хотела. – Он поднял бровь. Я мельком взглянула на него, опустила глаза на свои руки, которые теребили край одеяло, и продолжила. – Я давно хотела сказать тебе об этом. Но все ждала подходящего момента. Мне не хотелось, чтобы это прозвучало так, будто я просто тебе отвечаю, чтоб тебя не расстраивать. Блин, вот и дождалась. Более подходящего случая и не представить…
Я тяжело вздохнула. Глаз я так и не поднимала. Поэтому, только услышала смех Марка.
– Милая, как признание в любви может быть глупым?
– Вот так! – Я развела руками. Я злилась на себя. Вот дура! Ну, как можно было признание в любви запороть?! – Как у меня. Все через одно место.
Он продолжал смеяться. Немного успокоившись, произнес:
– Ты хоть представляешь, как я этого ждал? И мне, вообще, без разницы, что еще содержалось в твоем монологе. Я, если честно, после этих слов уже ничего не слышал.
Я неуверенно подняла на него глаза:
– И то, что я не поеду, тоже не слышал?
– Поедешь! – Он сгреб меня в охапку. Усадил к себе на колени. – Куда ты денешься?!
Я уткнулась ему в шею. Мы так и просидели несколько минут, молча.
– Мы спать собирались. – Первая очнулась я.
Марк гладил меня по спине. И мне не хотелось, чтобы это не заканчивалось.
– Скажи мне… – Попросил он. – Еще раз. Хочу убедиться, что мне это не приснилось.
Я выпрямилась. Посмотрела ему в глаза, и торжественно произнесла:
– Марк Родионович Аронов, ты самый лучший мужчина на свете! – И уже спокойнее, почти шепотом. – Я люблю тебя! И, если уж быть откровенной до конца, я это выяснила в себе намного раньше, чем ты это сказал мне!
Он удивленно вскинул бровь:
– И ты молчала?
– Мужчины сбегают, когда им это говоришь первой.
– Что за чушь? – Возмутился он. – Где ты это взяла? Ты столько дней меня мучала. – Он завалил меня на кровать, удобно устраиваясь между моих ног. – Тебе придется искупить свою вину.
– Я согласна!
Мои слова потонули в поцелуи.
51
Луиза
Мы стояли у автомобиля. Марк обнимал меня сзади, шепча всякие непристойности, которые он планировал со мной вытворять там, куда мы едем. Ну, естественно, куда – он не произносил. На горизонте появилась парочка. Первым, чеканя шаг, шел Егор, таща за собой пару чемоданов. За ним плелась Крис.
– Опять поругались! – Прошептала я. И тяжело вздохнула.
– Интересно, что на этот раз. – Хмыкнул мне в ухо Марк, чем вызвал толпу мурашек.
– Не против, если я сяду спереди? – Попросил Егор, после пожатия руки Марка. Тот кивнул.
Они уложили чемоданы, и мы расселись по местам. Альберт направил авто в аэропорт.
– Что на этот раз не поделили? – Поинтересовалась я, глядя на подругу.
– Да это какой-то кошмар! – Возмутилась она. – Его, видите ли, не устраивает, сколько я вещей с собой беру.
– Да у тебя, вроде, маленький чемодан…
– Конечно, – перебила она меня. – Потому, что он вытряхнул половину.
Я почувствовала, как Марк хмыкнул.
– Да ты замучила, – взорвался ее муж. По ходу, все-таки она его допекла, раз он не промолчал, как он обычно делал. – Зачем брать столько не нужного барахла? Мы ведь это уже проходили, в прошлом году. Ты и половины не вытаскивала из чемодана. А мне его таскать приходилось. У меня еще тогда было желание прибить тебя. И я сказал тебе об этом. Но, нет же, тебя это не остановило, и в этот отпуск ты гребешь все те же бесполезные вещи.
– Егор, полегче! – Не выдержал Марк.
– Ну, вот как с ним разговаривать? – Возмутилась Кристинка. – А вы еще хотите, чтобы я с ним в одном номере жила?! Луиза? – Она посмотрела на меня щенячьим взглядом. – Давай мы с тобой будем жить в одном номере, а их в другой номер отправим?
Я выпучила на нее глаза. В салоне образовалась тишина. Марк, вообще, перестал дышать. Я услышала, как вздохнул Егор.
– Кристин, ну что за бред? – Вопросил он. – Ни кто на это не согласится. Даже я. – Он, наконец-то, обернулся, посмотрел ей в глаза. – И дело не в том, что ты мне предлагаешь жить с Марком. Это просто абсурд!
– Ну, Луиза! – Продолжила умолять эта ненормальная, игнорируя своего мужа.
– Какая же ты, все-таки, зараза! – Выругался Егор. Сел ровно. – Но я все равно тебя люблю!
– Я тоже тебя люблю! – Широко улыбаясь, произнесла Крис.
И как-то все замолчали, что по салону отчетливо раздался смешок Альберта. Все воззрились на него.
– Прошу прощения! – Улыбаясь, произнес он.
И тут уже все расхохотались.