После всей этой истории его как будто подменили. Он с остервенением начал работать над собой. Даже не психовал. По крайней мере, мы этого не видели. Почти полтора года! И он восстановился! А потом удивил всех. Назначил Дэна главным, написал доверенности, и, как только Антон сказал ему, что все, что в его силах он сделал – Марк просто уехал. – Она замолчала.
– То есть он отдал компанию Дэну? – Утирая слезы, просила Крис.
– Не совсем! – Пояснила Наташа. – Он сделал его доверенным лицом. А компанией он так же управлял, но дистанционно. Ну и управляет, до сих пор.
– А все те, кто отказался ему помогать, они пытались вновь наладить отношения? – Это уже я спросила.
–Марк очень много контрактов разорвал. Там уже адвокаты постарались. Он даже с этого хорошо поимел. – Она злорадно усмехнулась.
– Дэну тяжело дается управление? – Задала я очередной вопрос.
– Он не лидер! – Наташа поморщилась. – Без Марка он бы не справился.
– А в кризисной ситуации он просто был с отцом Марка. – Догадалась я.
– Так он слышал, как ты ему читала «50 оттенков»? – В предвкушении спросила Крис.
– Он не ответил конкретно, просто сказал, что что-то слышал, и было огромное желание заткнуть уши. И крикнуть «заткнись», но не мог. Я все же думаю, что это я так постаралась. – Мы засмеялись.
Немного помолчали. И Наташа продолжила:
– Марк стал отшельником. Он перестал посещать мероприятия. Постоянно сидел дома, потом еще выяснилось, что он не может побороть страх сесть за руль. Хорошо, что Альберт вызвался поехать к нему. Да так и остался. А так бы пришлось нанимать посторонних людей. А Марк явно этого не хотел. – Она смотрела на меня тяжелым взглядом. – Луиза, я хочу, чтобы ты поняла его. Он потерял всех, кому доверял. Осознать то, что с ним люди общались из-за денег – это жестоко! Еще это сука, как ее?
– Оля. – Уточнила я.
Наташа кивнула:
– После нее он вообще перестал выходить куда-то в люди…
– Я поняла. – Перебила я ее. Слушать, а тем более говорить о его бывшей мне не хотелось.
– Ну, а то, что он тебе выслеживал тоже понятно, – вставила Крис. – Боялся быть отверженным. Или то, что ты его тоже узнаешь.
Я кивнула.
– Он тебя любит. – Шепотом произнесла Наташа. – Я его никогда таким не видела. Он когда уходил в отель, в его глазах было такое отчаяние, как будто все рухнуло, все что он по крупицам собирал, просто разбилось вдребезги.