Мы вошли в такое знакомое для меня здание. Друг провел меня в палату. Я огляделся.
– Это другая палата. – Пояснил друг. – Я же не дебил, чтобы запихнуть тебя в прошлое. – Я кивнул. – Располагайся. Думаю, что тянуть кота за хвост мы не будем, и завтра же с утра начнем. Сдашь все анализы и вперед. Дэн приедет?
– Вечером, скорей всего. – Выдавил я из себя.
Антон подошел ко мне в плотную – он был сантиметров на пять ниже меня, – Взял меня за плечи, и встряхнул:
– Знаешь что? Лучше бы она с тобой приехала. Если ей удалось заставить тебя приехать, то она как твое успокоительное. Я прав? – Я кивнул, улыбаясь. – Мне не терпится с ней познакомиться.
– Успеешь. – Я выдохнул, немного расслабляясь. – Это я тебе гарантирую.
Русских ушел. А я вцепился в телефон, как в спасательный круг. Мне нужно было услышать ее голос. Мы проговорили пару часов. Приехал Дэн, и мне пришлось закончить разговор.
На следующее утро все завертелось. Антон прислал мне медсестру, видимо специально, пытаясь вывести на провокацию. Она была красивой, даже очень. Смазливая, я таких называю. Она мило улыбалась, представилась Кариной, пытаясь привлечь к себе мое внимание. Но я просто кивал ей в ответ, разглядывая фотографии Луизы. Или рисовал ее портрет.
Антон сказал, что Карина будет закреплена за мной. Что ж, да, пожалуйста. Как-то она увидела мои рисунки, это вышло случайно.
– Кто это? – С восхищением спросила.
– Моя жена. – Не раздумывая ответил я.
– Она очень красивая.
– Я знаю.
И на этом ее заигрывание закончились. Мы стали просто общаться, как приятели. И меня это устраивало. Луизе я, конечно, не сказал про медсестру, но она и не спрашивала. Ее больше интересовало, как у меня дела, результаты анализов – кто бы мог подумать, – и когда операция?
В середине недели меня навестил доктор Русских. Почему так официально? Потому, что по лицу было видно, что этот гаденыш что-то замышляет.
– Господин Аронов, у меня к вам очень серьезный разговор. – Он присел в кресло, рядом с моей постелью. – И я хотел бы, чтобы вы меня сначала выслушали, а уж потом высказывались. Что скажете?
– Что ты задумал? – Рыкнул я.
– Ничего такого, что могла бы пойти в разрез с моими желаниями.
– А мои желания тебя не интересуют? – Мне все больше не нравился этот разговор.
– Если честно, нет! – Просто ответил он, абсолютно спокойно, чем ввел меня в ступор. – Я тут пообщался с Дэном. Он предупредил меня, что ты будешь рычать. Ну, так что, готов к диалогу?
Я кивнул:
– Можно подумать у меня выбор есть…
– Есть, но я надеюсь, что здравый смысл в тебе возобладает. – Он откинулся на спинку кресла, переплел пальцы. – Значит так, в данный момент, у меня гостит один мой друг. Очень хороший специалист в своем деле. Ты же знаешь меня, если бы я не был в нем уверен, то естественно не предлагал бы тебе его услуги.
Мне показалось, что мои глаза начали наполняться кровью. Я начал догадываться, о чем сейчас пойдет речь. Ярость потихоньку заполняла мое тело.
– Какое совпадение. – Прорычал я. – И что же это за специалист?
– Пластический хирург. – Легко ответил Антон, наблюдая за моей реакцией.
– Тоха, пошел к черту…
– Марк, ты придурок? – Взревел мой друг. – На дворе двадцать первый век, и твою рожу с легкостью можно привести в порядок. К чему эта броня?
– Мне плевать…
– А ей? – Это был удар под дых.
– Ты не знаешь ее. – Я подскочил с постели. – Она полюбила меня таким, какой я есть. На хрен мне все это надо?
– Марк, очнись, – Антон тоже встал, – ты собираешься возвращаться в жизнь, где ты будешь публичным лицом. Ты, твою мать, лицо престижной компании. Вот такое лицо у твоей компании? – Он махнул рукой в мою сторону.
Я рухнул на кровать. Сидел и качал головой. Нет, я не пойду на это. Я согласился на операцию на колено, но чтобы кто-то резал мое лицо, нет! Я до сих пор отчетливо помню боль, адскую боль, везде, и в том же числе и лицо. Катитесь вы все ко всем чертям!
А Луиза, Луиза любит меня таким, какой я есть! Ей не важно, как я выгляжу. Память подкинула, как она проводит большим пальцем по шраму, глубокому шраму. Я улыбнулся. И поморщился. Ей приходится видеть мои шрамы каждый день. Даже я не так часто их вижу, как она. Но ее это устраивает. Ведь устраивает же? Черт, зачем Антон вообще завел этот разговор? Чтобы внести смятение в мои мысли?
– Марк, – Антон не мешал мне размышлять, – подумай.
Я поднял на него свирепый взгляд:
– Тебя не устраивает, как я выгляжу?
– Мне плевать, как ты выглядишь. – Спокойно заметил он, усаживаясь обратно в кресло. – Ты мой друг. И твоя внешность мне не важна. – Он подался вперед. – Важно, чтобы тебя это устраивало. Но я могу вынести вердикт: тебя это не устраивает. Потому что, если тебя это бы не волновало, ты не закрылся бы от мира на несколько лет.