– Наконец-то! – Вещала она, обнимая меня. – Эй! Что с тобой?
– Голова разболелась…
– У меня есть таблетки…
– Не надо, – попросила я. – Я просто хочу прилечь.
Марк поблагодарил друзей, что встретили нас. Они рассчитывали на поездку в ресторан. Но, увы, из-за моего состояния пришлось отложить.
Мы загрузились в автомобиль. Я не помнила дорогу, потому что снова уронила голову на плечо мужа, и задремала. Хорошо, что за нами пришла машина с водителем. Последнее о чем я подумала, почему не Альберт за рулем? Нужно будет спросить у Марка.
Не знаю, сколько времени я проспала. Когда мы подъехали к красивому дому в силе Модерн, Марк слегка поднял мою голову.
– Ты как? – Встревоженно спросил он.
Я пожала плечами. Мне не хотелось говорить, что боль усилилась до тошноты. Не хотела его расстраивать.
Он вышел из машины, и помог мне выбраться. Я попыталась оглядеть дом, но стоило мне поднять голову, виски заломило еще сильнее. Я прикрыла глаза ладонью. Потом, я рассмотрю дом, потом. Обязательно!
– Милая, давай я на руки тебя возьму? – Предложил Марк. – Не нравится мне все это.
Я кивнула. Он быстро, но осторожно подхватил меня, и внес в дом. Там нас встречали Альберт и женщина, слегка полноватая, с приветливым, улыбчивым лицом. Я честно попыталась улыбнуться в ответ, но от этой попытки, боль резко напомнила о себе, что я застонала.
– Что с ней? – Разволновался Альберт. Я всех заставила волноваться!
– Говорит, что болит голова.
Я не открывая глаз, почувствовала, как Марк легко взлетел по лестничному пролету. Значит, наша спальню на втором этаже, зачем-то пролетела это мысль.
Наконец-то, спиной я почувствовала мягкие простыни. Марк снял с меня туфли, и сел рядом. Я приоткрыла глаза, и заметила, что он что-то набирает.
– Марк, – простонала я, положив ладонь поверх телефона. – Не звони в больницу.
– Луиза, ты серьезно? – Возмутился он. – Ты себя не видишь. Ты же зеленая!
– Мне нужно просто поспать, и мне станет легче. – И жалобно попросила. – Пожалуйста.
Он тяжело вздохнул. Но телефон убрал. В дверь постучали.
– Входите. – Тихо разрешил он.
В двери появилась та самая женщина. Подошла к постели.
– Ты как? – Я пожала плечами. Она перевела взгляд на Марка. – Давно у нее это?
– В самолете началось, – пояснил он, – перед посадкой.
Она кивнула.
– Здравствуй, дорогая. Меня зовут Роза. – Представилась она. Я попыталась ей улыбнуться, но улыбка получилась вымученной. – Я могла бы облегчить твою боль, если ты опишешь, что именно ты чувствуешь.
– Виски ломит, – начала объяснять я. – В самолете еще не сильно было, а когда на солнце вышла, такая резкая боль была, что аж до тошноты.
Я перевела взгляд на Марка – ему я это не сказала. И сейчас он внимательно слушал. И хмурился.
– Я думаю, что все же нужно вызвать врача. – Заявил он.
Я хотела запротестовать, но Роза меня опередила, положив прохладную ладонь мне на лоб. Даже стало, как-то легче.
– Не спиши. – Она убрала руку с моего лба, и положила ему на плечо. – Я сейчас приготовлю ей чай на травах. А потом она поспит. И посмотрим, что будем делать дальше.
Марк перевел обеспокоенный взгляд с меня на Розу, и нехотя кивнул.
Женщина ушла, а он продолжал сверлить меня.
– Давай я хотя бы Антону позвоню, проконсультируюсь? – Попросил он.
– Ему позвони. – Согласилась я. Я видела, как он волновался.
Он вновь достал телефон, быстро набрал номер.
– Тоха, привет! – Пауза. – Не ворчи! У меня к тебе вопрос… – Он описал ситуацию, спросил. – Что это может быть? – Он долго молчал, выслушивая диагноз по телефону, – не очень хорошая идея. – Хорошо, спасибо. – И отключил вызов.
– Что? – С тревогой спросила я. Как раз в комнату вошла Роза с подносом.
– Он сказал, что это, скорее всего акклиматизация. – Он мельком взглянул на улыбающуюся Розу, которая разливала чай, и посмотрел на меня. – Здесь влажность выше, чем там. В общем, сказал тебя не трогать. Само пройдет. А если головные боли сильные, то принять таблетку. – Он фыркнул. – Как будто так просто наблюдать за твоими мучениями.
– Какие еще симптомы? – Спросила я, усаживаясь на постель, принимая кружку от Розы.
– Как при простуде: температура до тридцати восьми, головная боль, тошнота, рвота, давление пониженное. – Марк запустил пальцы в волосы, и выругался. – Черт!
– И надолго это? – Мне это вообще не нравилось.
– От двух дней и до двух недель. – Пояснил он.
А я застонала. Две недели проваляться в постели! Это ужасно!