– И почему тебе так интересна моя комната?
– Марк, ведь это же твоя жизнь. – С восторгом произнесла она. – Я хочу знать, где ты провел детство, юность. – Мы подошли к двери. – А когда ты уезжал, где жил?
– У родителей. – Подтвердил я. – В нашем доме нужно было кое-что подправить.
Я распахнул перед ней дверь. Луиза в предвкушении, шагнула в комнату, и обвела ее взглядом. Я тоже огляделся. Эту комнату из подростковой в мужскую, я перестроил в семнадцать лет. С тех пор, здесь ничего не изменилось. Та же большая постель, застеленная синим покрывалом. Тот же ковер, с ромбовидным рисунком синего, бежевого, серого цветов. Одна стена, над кроватью, была сложена из синих квадратов. Противоположная – имела темно-серый цвет. На ней висел телевизор. В углу, возле окна, стоял огромный шкаф. Там до сих пор хранилось куча не нужного тряпья.
Луиза прошла внутрь, и я поспешил закрыть дверь, отрезая нас от всего мира. Она осматривала все только глазами, не прикасаясь ни к чему. Так и стояла посреди комнаты, прижав руки к груди. Я подошел к ней, и обнял ее со спины.
– Что скажешь? – Не выдержал я.
– Мне здесь нравится. – Она развернулась в кольца моих рук. – И мне здесь спокойно.
– Я бы предложил тебе остаться сегодня…
– Нет, мы не можем. – Отрезала она. – Я бы не хотела, что твои родители видели, как я с утра обнимаюсь с унитазом.
– Значит, ты уверена, что это произойдет опять?
– Ну, это нельзя исключать. – Она виновато улыбнулась.
Я коснулся ее губ. С начало слегка, потом углубляя поцелуй. Луиза легко поддалась. Я хотел ее безумно. Готов даже здесь ее взять. Медленно пальцами начал собирать подол ее платья. Но она быстро обломила меня, отходя назад.
– Ты что задумал? – Нахмурившись, спросила она.
– Странный вопрос. – Я тяжело вздохнул.
– Марк, – возмутилась она. – Но не в доме же твоих родителей!
Я расплылся в коварной ухмылке. Меня бы это точно не остановило. Луиза возвела глаза к потолку.
– Извращенец! – Прошептала.
– Голодный извращенец! – Поправил я ее.
Она опустила глаза, подошла ко мне, обняла меня за талию.
– Я знаю, милый. – Ласково произнесла она. – Я тоже хочу тебя, но я пока за себя не ручаюсь. Ну, потерпи немного!
– Куда уж я денусь? – Обреченно вопросил я. И предложил. – Пойдем вниз. У нас еще серьезный разговор намечается. Помнишь?
– Конечно.
Когда мы вернулись в гостиную, мои родители сидели на диване. Отец приобняв мать, что-то шептал ей на ухо. Луиза, завидев такую картину, смутилась. Я же привык видеть, как мои родители открыто проявляли любовь друг к другу.
Первая нас заметила мама. Она выпрямилась, и предложила:
– Присаживайтесь, дорогие мои. Нам нужно поговорить.
Я перевел взгляд на отца, как бы спрашивая, знает она или нет. Тот покачал головой.
Луиза села в кресло, я пристроился на подлокотник, возле нее.
Мама пристально смотрела на мою женщину.
– Луиза, – начала она, – я хотела бы задать тебе вопрос…
– Я вас слушаю. – Спокойно произнесла она.
– Когда Марк приезжал в прошлый раз, – мама замялась. Конечно, нелегко такое спрашивать. – Он произнес такую фразу, что он давно считает тебя своей женой…
– Мам! – Возмутился я, пытаясь ее остановить, и сказать уже то, что собирался.
– Я понимаю, сынок, – перебила она меня. – Ты сам должен сказать это своей девушке. Но, я думаю, что она знает о твоих чувствах. – Она перевела взгляд на Луизу. – Поэтому я хочу знать, готова ли ты стать его женой?
Моя уже жена, обернулась ко мне, и многозначительно посмотрела на меня.
Отец кашлянул. Я взглянул на него. Он, пока мама не видела, махнул рукой, предлагая не затягивать, а рассказать. Сам он встал, подошел к бару, что-то там намесил, вернулся к своей жене и вручил ей стакан.
– Что это? – Мать удивленно посмотрела на него.
– Выпей, дорогая. – Нежно, но убедительно попросил отец.
Мама быстро замахнула содержимое стакана, и вернулась к Луизе.
– Мам, тут такое дело, – начал я. Родительница оторвала взгляд от Луизы, и перевела его на меня. – В общем, я не просто считаю ее своей женой, она уже моя жена!
Я решил не ходить округ да около. И приготовился к истерике. И не ошибся, мать была близка к этому. Надо было успокоительное раньше налить.
– Что? – Взвизгнула мать. Луиза втянула голову в плечи. На меня же это не произвело никакого впечатления. – Что все это значит?
– Мы поженились на Бали. – Спокойно пояснил я.
– Когда? – Этот вопрос она прошептала.
– Почти четыре месяца назад.
– Ты знал? – Мать развернулась к отцу.