Она прошла к столу. Рабочему столу. Поставила на него поднос.
– И часто он здесь ест? – Решила поинтересоваться я. Обошла стол и залезла с ногами в кожаное кресло.
Дина проследила за тем, как я устроилась. И ответила:
– Часто! Он постоянно работает за этим столом. Иногда сутками просиживает за ноутбуком. И Мария, и Альберт как-то пытались его поставить на путь истинный, но он запретил это обсуждать.
Я уставилась на нее. Что значит – запретил? Но, немного подумав, сделала вывод, что это его работники, и им он может запретить. Я зловеще улыбнулась! Но мне-то не может!
– Дина, принеси, пожалуйста, телефон. Он на кровати лежит. – Я взглянула на кровать и ахнула! Когда она успела ее заправить? Я что, так долго копошилась в ванной? Я оглядела комнату. Шторы раздвинуты, в окна заползает солнечный свет. Дина, поймав мой взгляд, подошла к столу, положила мой телефон и пульт. Она указала на кнопки и пояснила:
– Эта – открыть, закрыть шторы. Эта – свет. Его можно делать приглушенный, можно яркий. Эта – телевизор. – Она указала на стену, напротив кровати. Так вот что это за черное стекло! Я даже и не догадалась. – Так же можно включить радио. Интернет на телевизоре.
Я взяла пульт, и нажала на то, что мне было действительно интересно. Тяжелые портьеры, с тихим шуршанием заслонили солнечный свет. Я вновь нажала на кнопку, и шторы разъехались.
– Завтракай, а то остынет! – Предупредила Дина. И вышла.
Я отложила пульт. И принялась за завтрак. Жуя, взяла телефон. Надо позвонить Кристинке, чтоб она мне не звонила.
– Доброе утро, подруга! – Крикнула я ей в трубку.
– Не ори, – умоляющим тоном простонала Крис. – Бошка раскалывается! Ты что-то слишком бодрая? Ты дома? Альберт занес тебя домой?
– Нет, я не дома. Я у Марка. Нет, я его еще не видела. – Предупреждая вопрос, произнесла я. – Поэтому и звоню, предупредить, чтобы ты мне не звонила.
– Интригу выдерживает? Ты пойдешь его искать?
– Вот еще! Делать мне нечего. Сам появится. – По крайней мере, мне хотелось в это верить.
Мы еще немного поболтали. Я как раз закончила завтракать.
Я сидела и разглядывала комнату, и, если честно, ждала, когда позвонит Марк. И он позвонил, как всегда прочитав мои мысли:
– Позавтракала?
– Ага! – Ответила я. – Слушайте, Марк Родионович, а что это у вас Дина такая зашуганная?
Марк засмеялся:
– Она не зашуганная. Хотя… – Он немного помолчал, видимо прикидывая, как преподнести информацию. – Это предосторожность! А, вообще, она скромная девочка! Что ты ей такого сказала или спросила? У нее был такой ошарашенный вид!
Как я и предполагала, Марк наблюдал за нами:
– Спросила: не бьешь ли ты ее? – Решила я ответить честно. Потому, что прикинула, если он сам ее спросит, она выдаст меня с потрохами. Ведь он: «такой добрый»!
– С ума сошла? – Он разозлился.
– Извини! Решила пошутить! Глупо, согласна! – Покаялась я. – А в чем предосторожность?
– Это последствия… – Он замялся. – Как бы тебе сказать?
– Как есть! – Меня начинало напрягать. Он что-то скрывал.
– Не злись, солнышко! – Попытался успокоить меня Марк.
Я произнесла всего два слова, а он распознал злость?! Как такое возможно? Конечно, можно списать на камеры, но я сомневаюсь, что мою мимику можно так хорошо разглядеть. Хотя, судя по дорогой обстановке, можно прикинуть, что на качестве камер он не поскупился.
И он начал рассказывать:
– Где-то примерно, год назад, со мной познакомилась девушка. На одном мероприятии. Я и так редко их посещал. Теперь не хожу, вовсе. В общем, подробности опущу. Она прожила в моем доме не больше недели. Но за этот срок успела приструнить моих работниц. Мария уже отошла от этого ужаса. А Дина, до сих пор, забыть не может.
Я задумалась. Он рассказывал про ту, которая сбежала в трудный момент жизни Марка. А про эту не говорил. И тут я вспомнила слова Альберта, в нашу первую встречу, о том, что после появления какой-то дамы в жизни Марка, он, вообще, перестал доверять людям.
– А почему всего неделю?
– Я разорвал эти недоотношения…
– Почему? – Шепотом, все же, переспросила я.
Он молчал. Мне показалось, что Марк не ответит. Похоже, я опять залезла куда-то под ребра.
– Надоело наблюдать за тем, как она хреново скрывает брезгливость! – Ледяным тоном произнес он, наконец.
Так надо закрыть эту тему:
– Я, конечно, не в курсе, какие у тебя отношения с твоими работниками, – решила я перевести разговор. – Но я против того, чтобы она выкала.
– Это твое дело.