Я подошла к кровати. Присела. Сняла, конец-то, эти дурацкие балетки. Вставила ступни в свои туфельки. Топнула каблучками. Не знаю зачем. Захотелось, чтобы он не молчал. Сказал, хоть что-то. Поднялась. Выпрямила спину.
– Останься… – От этого слова перехватило дыхание. Но…
– Нет, Марк, хватит. Не вижу смысла. – Наверное, это прозвучало грубо, но я правда почувствовала усталость от этой ситуации. Как будто на меня обрушилась стена, а я не могу нормально вдохнуть.
– Готова? – Услышала я его ровный голос.
– Да. – Я кивнула. Значит все?
Подошла к прикроватной тумбочке, и потянулась за сумочкой.
– Оставь сумку, пока. – Я в удивлении замерла. А Марк продолжил. – Выходи из комнаты.
Я медленно развернулась, пытаясь понять, что происходит. Он решил мою сумку оставить на память?
– Телефон бери. И выходи из комнаты. – Ровным тоном повторил он.
Мне показалось, что у меня подкосились ноги. Сердце гулко забилось. Я разволновалась?! Но почему? Я ведь хотела его увидеть. И сейчас, я так понимаю, это и произойдет. Так почему мое дыхание сбилось? Я прикрыла глаза, досчитала до трех. Хотя не помешало бы до десяти. Но как-то странно это будет выглядеть, если я зависну на десять секунд.
Я открыла глаза, подошла, я надеюсь ровным шагом, к столу, взяла телефон. Подошла к двери, вновь прикрыла глаза, досчитала до трех. Выдохнула. И дернула за ручку. Открыла глаза, вышла из комнаты. Некого не было. Холл был пустым. Я почувствовала разочарование, но оно быстро схлынуло.
– Поднимайся по лестнице. – Услышала я голос Марка.
Я ступила на ступеньку, и медленно побрела вверх. Я все-таки пыталась растянуть время, но теперь для того, чтобы хоть немного успокоиться. Сердце колотилось, грозя выпрыгнуть.
Я поднялась на последнюю ступень, громко стукнув каблуком.
« Спокойно, Луиза», – попыталась я угомонить свое волнение.
– Иди в сторону библиотеки. – Все таким же ровным голосом продолжил направлять меня Марк. Как ему это удается? Я готова в любой момент рвануть вниз. И бежать без оглядки. Хотя я так и не выяснила, в какой стороне город.
– Слева ты увидишь не большой коридор, заканчивающийся окном.
Я дошла до закутка, на который я мельком обратила внимание. Теперь я разглядывала его, как первый раз.
– Дойдешь до окна. – Продолжил Марк. – Слева увидишь лестницу. Поднимайся, я там. Дверь открыта. В этом коридоре нет камер. И я тебя не увижу, пока ты не войдешь в комнату.
Но пока ты меня видишь, и видишь мое волнение. Я сделала шаг внутрь коридора. Еще один. Медленно дошла до окна. Мысли носились с бешеной скоростью: может не стоит, может развернуться и уйти, убежать, а если моя реакция огорчит его или меня…
Я повернула налево. И уставилась на лестницу. Я почувствовала, как задрожали руки. Я положила телефон на подоконник. Что я здесь делаю? А если там все действительно страшно? Ведь он в любом случае не может быть таким, каким я его представляла в мечтах.
– Твою мать! – Выругалась я шепотом. – Что за бред!
Я все же прикрыла глаза, досчитала до десяти, выравнивая дыхание. Я готова! Хватит споли жевать! Вперед! Я слишком долго этого ждала, чтобы сейчас отказаться от этого…от него!
Я ступила на ступеньку, начала подъем, считая их. Ступеней оказалось семь. Теперь предо мной находилась дверь, черная, матовая. Я смело нажала на рычаг ручки, дверь легко отворилась. Я сделала шаг в комнату. Почувствовала тот самый мужской аромат, который вдыхала утром с удовольствием с подушки, и который, теперь опечатался в моей личной коллекции, как не забываемый и сногсшибательный.
Огляделась. Это была не большая комната. Шторы глухо задвинуты, кресло с высокой спинкой, поэтому я не видела даже его затылок. Он сидел спиной ко мне. Перед ним было куча мониторов, но из них горело только три: две в его комнате, одна перед библиотекой. Еще на столе стоял ноутбук. Куда же без него?
– А почему так темно? – Спросила я, и почувствовала, что успокоилась. Руки не дрожат. Сердце бьется в своем ритме.
– Я не открывал шторы. – Услышала я его голос, из глубины кресла. Внутри расплывалось знакомое тепло. Как всегда это происходит, когда я слышу его голос.
Я подошла к окну. Открыла настежь тяжелые портьеры. Солнечный свет ворвался в комнату. Я удовлетворенно кивнула. И развернулась к креслу.
Марк сидел, поставив локоть на подлокотник, и прикрыв ладонью глаза.
– Ну конечно, – весело произнесла я. Прошла к мониторам и присела на стол, напротив него. – Это не в мониторы пялиться весь день.
Марк раздвинул пальцы, открыв один глаз. Зеленые, как и говорил. А от солнечного света они казались изумрудные. И я продолжила: