Выбрать главу

— Ликааа! — она чуть ли не бросилась её обнимать. — Ты вообще не изменилась! Хотя нет, изменилась. Ты стала… ну… чересчур приличная!

Лика засмеялась.

— Спасибо за комплимент, Ксю.

— Это не комплимент, это диагноз, — влез голос из-за спины. Артём подошёл, поставил рюкзак на соседний стул.

Троица засмеялась. Они заказали еду, разговоры потекли сами собой — про детство, про двор, про их легендарный каштан. Атмосфера была лёгкой, будто никаких пятнадцати лет и не прошло.

Лика расслабилась. На секунду забыла обо всём.

Роман сразу узнал тех, кто подсел к Лике - это были Ксюша и Артём.

Друзья детства.

Что-то внутри кольнуло: слишком уж живо всплыла память о дворе, их смехе, их проказах.

Роман вышел из машины и вошёл в кафе. Его появление было неожиданным.

— Ого… — Артём чуть не поперхнулся кофе. — А это что за спецэффекты?

Ксюша уставилась на него с округлившимися глазами:

— Роман Шахов?!! Да ладно!

Лика напряглась, но промолчала.

Роман усмехнулся и, как всегда, спас ситуацию своей фирменной наглой шуткой:

— А что, вы думали, без меня можно собираться? Не смешите. Лика сама сказала про встречу.

— Ах ты хитрая… — Ксюша повернулась к Лике. — Значит, знала, что он придёт?!

— Я… — Лика запнулась, но Роман уже улыбался так уверенно, что её слова выглядели ненужными.

— Да ладно, — сказал он, — не грузите Кудряшку. Ей и так тяжело от моего общества.

— Ха-ха, как в детстве, — Артём закатил глаза. — Шахов всегда с шутками. Только теперь они дороже стоят, да?

— А твои всё ещё копейки не стоят? — парировал Роман.

Компания засмеялась, лёд растаял. Они болтали о прошлом, спорили, кто был круче во дворе, вспоминали истории. Ксюша вечно перебивала, Артём подкалывал, Роман отпускал саркастичные комментарии, а Лика сидела между ними — с улыбкой, но с лёгкой тревогой в глазах.

— Ну, было круто, — сказала Ксюша. — Надо повторить!

— Сто процентов, — поддержал Артём.

Роман посмотрел на Лику.

— Подвезти тебя?

— Нет, спасибо, я сама, — быстро ответила она.

— Не упрямься, — сказал он всё тем же спокойным тоном.

— Правда, я сама доеду.

Он ничего не сказал. Только под столом, лёгким движением надавил носком ботинка ей на ногу. Едва заметно, но достаточно, чтобы она поняла намёк.

Лика вздохнула.

— Ладно… подвези.

Ксюша и Артём переглянулись и ухмыльнулись:

— Ну вот, как в старые добрые, — сказала Ксюша.

Но Лика знала — в этом нет ничего "доброго". Она чувствовала: между ней и Романом снова завязалась та самая опасная ниточка, которую когда-то разорвала судьба.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 19.

Глава 19. Забота

Машина мягко тронулась с места. За окнами тянулись огни города, отражаясь в мокром асфальте. В салоне было тихо — слишком тихо. Только двигатель гудел, Роман включил сигарету в прикуривателе.

Лика сидела, скрестив руки на груди, смотрела в окно. Молчала, но внутри её всё кипело.

— Ну давай, — сказала она наконец. — Говори откуда ты узнал про встречу?

Он усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги.

— Так, Кудряшка, у тебя всё ещё память дырявая. Я всегда всё узнавал. Даже то, что ты не хотела говорить.

— Перестань! — вспыхнула она. — Ты просто следил за мной. Да?

Машина чуть ускорилась. Роман сжал руль.

— А если и так?

Она замолчала, поражённая его прямотой.

— Я не твоя девушка, Шахов, — тихо, но жёстко сказала она.

Он повернул к ней голову и улыбнулся своей фирменной полушутливой, полухищной улыбкой.

— Пока нет.

— Господи… — Лика откинулась на сиденье. — Ты даже сейчас шутишь. Всё прячешь за этим. Тебе легче стебаться, чем сказать честно, зачем ты там появился.

Он затянулся сигаретой, выпустил дым в приоткрытое окно.

— А зачем говорить? Ты и так всё знаешь.

— Ничего я не знаю! — в её голосе прорезался надрыв. — Ты всё время отталкиваешь меня. В одну секунду ты рядом, а в другую — холоднее льда. Я не понимаю, чего ты хочешь.

Роман замолчал. Дорога перед ним светилась ровной лентой, но внутри всё рвалось. Он хотел сказать: 'Я хочу, чтобы ты была жива. Чтобы тебя не тронули. Чтобы ты была в стороне от этого дерьма". . Но слова застряли.

— Лика, — наконец произнёс он, — просто доверься.

Она горько усмехнулась.

— Доверие не строится на молчании и шутках.