Я предупредил Алму о приходе к ужину купца, дал ей денег и попросил организовать все на высоком уровне и не скупиться. Женщина понятливо кивнула и ушла заниматься делами. Вук привычно занялся Князем, Лазар начал готовить горячую воду, а Дара захлопотала с одеждой.
К ужину я блестел, как кошачьи бубенцы. Намылся до скрипа, надел чистую одежду и засел в кабинете. Красота! Тело дышало, нос улавливал вкуснющие запахи, дразня мой молодой и здоровый желудок. Быстрее бы уже приходил Алоиз!
И он не заставил себя ждать. Раздался стук во входную дверь, внизу послышались голоса. Ко мне в кабинет поднялся Лазар и сообщил, что прибыл купец Алоиз. Я немедля спустился на первый этаж. В прихожей я увидел Алоиза. Он был одет в богатые одежды и держал в руках сумку из хорошо выделанной кожи. Наши взгляды встретились. В его глазах я увидел напряженное ожидание.
— Позвольте поприветствовать вас, достопочтенный Сержио, — поклонился купец.
Я подошел к Алоизу и просто обнял его.
— Как же я рад тебя видеть, Алоиз!
Напряжение тут же покинуло купца и он облегченно улыбнулся.
— Прошу тебя к столу, — пригласил я гостя. — Кажется, что я не видел тебя уже тьму кругов. И очень рад тому, что ты не забываешь меня.
Мы уселись за стол, и Алма, взявшаяся прислуживать за столом, разлила нам по кубкам «Бресси».
— Алма, с вином я дальше сам. Ты, главное, за сменой блюд следи.
— Достопочтенный Сержио, — с кубком в руке поднялся из-за стола Алоиз. — Позвольте поздравить вас с тем, что Его милость Беон тер Аристи наконец по заслугам оценил ваше мужество и преданность. Пусть удача не оставляет вас ни в ратных делах, ни в делах управления своими землями.
— Спасибо, дружище! — поднял я кубок в ответ.
Мы выпили свои первые кубки до дна.
— Удивлен, что ты уже все знаешь о возведении меня в благородное сословие.
Алоиз только хитро улыбнулся.
— Но давай, все-таки, общаться по-старому, без вот этих вот: «Достопочтенный Сержио», «ваше мужество и преданность»?
— Вы уважаете мое мнение? — спросил меня купец.
— Конечно, и ты прекрасно об этом знаешь.
— С высоты своего общественного положения я уже ничего вам не могу сказать, но вот с высоты своего возраста... Я настоятельно советую, не откладывая ни на миг, принять правила поведения в обществе со своей новой позиции.
Вы — благородный человек, баронет. И должны вести себя соответственно своему положению. Даже с теми, к кому хорошо относитесь. Поверьте, это позволит избежать в будущем многих проблем. И кстати, вам надо перестать носить короткую прическу. Это будет очень дурно воспринято в обществе.
— Дружище, мы ведь здесь одни, — раздосадовано ответил я.
— Без разницы, — возразил Алоиз. — Ваш собеседник привыкнет к такому обращению и потом поведет себя также при посторонних. Не специально, нет! Просто по привычке. И на пустом месте могут возникнуть проблемы, которые смываются только кровью. И я нисколько не преувеличиваю.
— Ладно, давай лучше за наше будущее совместное дело выпьем!
— Так значит, все в силе? — спросил купец.
— Конечно! А как может быть по-другому? Мое слово крепко!
— Ох! Совсем забыл, — ненатурально спохватился Алоиз. — У меня для вас небольшие подарки.
Купец отстегнул клапан своей сумки и, порывшись, достал оттуда небольшую коробочку и красивый синий берет. Порылся еще и выудил из недр сумки великолепное перо от какой-то экзотической птицы. Быстро прикрепив перо к берету в специальное крепление, он с поклоном подал мне головной убор.
Я с благодарностью принял берет, примерил и, достав свое, взятое еще с Земли, зеркальце из бронированного стекла, оценил свой вид. Ну что, берет смотрелся шикарно. Вот рожа под беретом могла быть и получше. Шрам никуда не делся.
Алоиз заинтересовался зеркальцем и, рассмотрев его, был восхищен. Зеркал подобного качества он на Этерре не видел. Я опять повторил историю про семейные вещи, привезенные с собой из Лимерии.
— Да! Я ведь еще не закончил, — опять «спохватился» купец. — Вот еще один маленький подарок.
И Алоиз передал мне коробочку. Раскрыв ее, я был приятно удивлен. В коробочке лежал золотой перстень с рубином. В ценах я уже ориентировался и смог оценить подарок. Такие перстни у ювелиров продавались за двадцать шесть — тридцать сиклов. Я еще раз поблагодарил Алоиза и примерил перстень на палец — сел как влитой!
— Уважаемый Алоиз, — обратился я к купцу. — Давай лучше выпьем. Вино отменное.
— У меня есть предложение получше, — хитро глянул на меня купец.
Он снова порылся в сумке и достал глиняную бутыль грамм на пятьсот. Интересно, что может быть лучше «Бресси» на севере нашего королевства? Алоиз с трудом вытащил плотно загнанную в горлышко пробку, и я уловил какой-то смутно знакомый запах. Перегнувшись через стол, купец стал медленно наливать напиток в мою кружку.