— Мне хотелось что-нибудь со смыслом — продолжала она, тщательно подбирая слова для выражения своих мыслей — Не просто название, а идею, понимаешь?
Я молча кивнул. Иного я и не ждал. В этом была вся Лилит, в идее, в том, чтобы во всем пытаться разглядеть тайный, сокровенный смысл. Весь мир был для нее загадкой, которую она разгадывала каждый день и каждый миг своего существования, наполняя слова, вещи и события собственным смыслом. И это было прекрасно. Замечательная черта, присущая только мечтательным людям, которых осталось так мало в нашем сером городе.
— Я подумала о том, что все мы так или иначе являемся частями Филина — продолжила Лилит — И если рассматривать город как птицу, в честь которой он назван, то, скажем, стены это его оперение, его крылья это наши машины, его глазами и ушами можно считать наши сканеры, камеры и радары, а клювом — военных, которые стерегут наш покой. Любая сфера деятельности в городе является частью общего организма. Но кем же тогда являются в этом организме охотники?
Она замолчала так резко, что я не сразу понял, что этот вопрос адресован мне, а не является частью ее размышлений.
— Эмм… — протянул я, пытаясь одновременно и думать сам и стараться отследить ход ее мыслей.
Но Лилит не стала меня долго томить:
— Мы когти, Клайд. Когти, которыми филин впивается в свою жертву и уносит ее сквозь ночной мрак в свое гнездо. Вот кто такие охотники. Острые когти Филина.
— Значит когти? Так ты хочешь нас назвать? — уточнил я, задумавшись — Когти. Когти…
Я повторил это слово еще несколько раз, словно пытаясь распробовать его, прочувствовать каждую букву и то, как они звучат все вместе. Лилит терпеливо ждала вердикта.
— Знаешь что? А мне нравится.
— Правда? — в ее голосе я услышал облегчение.
— Да. Это отличное название. И главное, что ты придала ему особый смысл. Я согласен с твоими мыслями. Мы ведь и вправду похожи на когти хищной птицы, нацеленные на жертву. Вот только…
— Что? — переспросила Лилит с тревогой.
Я ухмыльнулся своим невеселым мыслям.
— Вот только наша добыча часто оказывается куда опаснее нас самих — у меня не получилась скрыть грусть в голосе.
Лилит опустилась, и наши губы слились в поцелуе. Затем, одним быстрым и настойчивым движением она перекинула через меня ногу и очутилась сверху. В последующие секунды все печальные и философские мысли покинули мою голову. На их место пришла животная страсть, которую мы разделили на двоих.
Позже, абсолютно обессиленный и невероятно счастливый, я лежал на спине, глядя в ночную тьму, и чувствовал как полученное наслаждение, словно заряд тока, медленно покидает мое тело, и на его место приходит приятная дрема, вот вот грозящая накинуть на меня покрывало сна. И в эти мгновения я снова вспомнил про идею Лилит. Когти. Мне действительно понравилось это название. Было ощущение, что это слово мне знакомо, словно оно только и ждало, когда я его произнесу, чтобы раз и навсегда закрепится в качестве нашего названия. Когти, которые выпускает филин, пикируя на свою добычу в ночи. Бесшумная смерть, настигающая внезапно. Нет никакой иной аналогии, которая могла бы так точно связать охотников с родным городом и описать их деятельность за его стенами. Мы — когти хищной птицы. Мы — главное оружие, которым располагает Филин.
Глава 19
Первым делом новой команды охотников, которую я возглавил, стала поимка берсеркера. Мне очень повезло, что ни Ален ни Лилит ни Патрик не были хорошо знакомы с базами охотников и мало что знали об этом существе. Знай они с мое, точно стали бы уверять что для первой охоты эта работа явно не подходит. Дело в том, что берсеркер имел репутацию опасной и жестокой твари, к которой лучше вообще не приближаться на расстояние видимости, не то что ловить живьем. Но именно этого и требовал заказчик, поймать берсеркера и привезти в Филин живым. Какого же черта я взялся за эту работу? На то было две причины. Первая — я не видел смысла набивать опыт на легкой и малооплачиваемой работе, так как опыта там никакого и не получить. Любой выход за стену, так или иначе, сопряжен со смертельным риском, так почему же не заглянуть опасности прямо в пасть? Мы новая команда и мы должны были громко заявить о себе, а не плестись в хвосте у Койотов. Поимка живого берсеркера, для знающих людей, станет убедительным аргументом для поддержания сотрудничества с нами. Когтям нужна репутация, и эта тварь могла ее обеспечить. Второй причиной стал тот факт, что у меня уже был готов план, и теоретически я знал, как ловить берсеркера. Еще в самом начале моего пути в качестве охотника, когда я изучал различных тварей, обитающих за стеной, в сети я много читал о разнообразных хитрых приемах и тактиках, которые придумывали охотники по всему миру. Складывая все эти истории воедино, я, в качестве «экзаменационной работы», как шутливо называл это Джим, описал несколько собственных тактик по поимке тех или иных легионеров. Среди прочих была и идея поимки берсеркера. Работы принимал Пастырь. Он не разъяснял, в чем именно я ошибся, а просто говорил, что это не сработает, а вот этому требуется серьезная доработка, а вот тут учтены не все возможные факторы и слишком многое зависит от случая. Но план по поимке берсеркера ему приглянулся. Я был удивлен и несказанно горд собой, когда Пастырь сообщил: «Неплохая идея. Простая и действенная. Может сработать. Конечно, при наличие опытного снайпера». И так сложилось, что снайпер у меня в команде как раз был более чем опытный. И потому, наткнувшись на это предложение, я без колебаний принял его и с гордостью объявил своей команде первый сбор в штабе.