Мысленно я поблагодарил его и попросил прощения за то, что пришлось бросить на растерзание монстрам. В окне заднего вида он становился все меньше и меньше, в то время как пылевая туча надвигалась на него, нисколько не уменьшаясь в размерах.
«Интересно, потребует ли Патрик компенсации, когда мы вернемся?» — подумалось мне, когда проскользнула мысль о том количестве дорогостоящего оборудования, что нам пришлось бросить. Но мне с трудом верилось в то, что он станет заикаться о деньгах, когда узнает, что же нам пришлось пережить и от чего мы бежали. Однако мнение обо мне он изменит однозначно. Возможно, даже потребует уйти из команды, найдет себе другого, более опытного охотника, а Лилит и на сто метров не подпустит к воротам Филина. И если он так сделает, я не стану возражать и спорить. Ведь он будет абсолютно прав. Да я и сам готов был снять с себя обязанности командира сразу после того, как вытащу Алена и Лилит из той ситуации, в которую сам же их втянул.
Мчась от легионеров прочь, на скорости близкой к двум с половиной сотням километров в час, я вдруг подумал о том, что на этой самой машине, значительно переработанной, но все же этой самой, я гонялся в заводской зоне, на ней я побеждал соперников десятки раз и упивался триумфом. Как символично, что теперь мне приходилось мчаться на ней же, пытаясь обогнать всего одного единственного, но самого серьезного соперника — смерть. И эта гонка, пожалуй, стала самой важной в моей жизни, и могла бы стать последней.
Каков же был мой восторг, когда впереди появилась и стала стремительно увеличиваться пыльное облако, которое оставлял за собой караван, вяло растянувшийся по дороге, подобно старой гусенице, обреченной никогда не обратиться в бабочку.
— Отстают — сообщил Ален.
Действительно, огромная туча позади нас стала рассеиваться. Легион остановился. Сегодня мы не достались ему. Костлявая рука смерти не дотянулась до нас, и в бессмысленной злобе сжала свои белые пальцы в кулак, которым грозила нам вслед. Мы еще встретимся, в этом я был абсолютно уверен. Встретимся, но не сегодня.
— Когти, прием — раздался голос в рации — Это автоколонна 1287. Рады видеть вас живыми. Готовы принять.
Лилит издала вздох облегчения. Ален лишь ухмыльнулся, но я почувствовал, как его напряжение, которое он так старательно скрывал, тоже спало.
«Добрались! Добрались!» — стучало в висках — «Ты смог, Клайд! Ты вытащил их и свою собственную задницу из огня! Ты выиграл главную гонку в свой жизни!».
Глава 23
У каравана нас встретили военные и, к моему глубочайшему удивлению, Джулия.
— Привет Клайд — улыбнулась она и обняла меня, но не так как раньше, даже не так как обнимала в последнюю встречу. Это были дружеские объятия.
— Что ты здесь делаешь? — не скрывал своего удивления я.
— Живу и работаю — беззаботно ответила она, словно этот факт был сам собой разумеющимся — Прошел слушок, что к нам движется команда охотников, потерпевших бедствие. Я сразу подумала о тебе, и не ошиблась. Вас сильно потрепало? Медицинская помощь нужна?
— Нет, все обошлось — заверил я — Нам удалось оторваться от… — я чуть не сказал «легиона» — стаи. Нас преследовала стая гончих.
Джулия оглядела Алена и Лилит понимающим взглядом.
— Это моя команда — представил я их — Мы зовем себя Когти.
— Наслышана.
— Ален, Лилит это — я замялся всего на мгновение, подбирая нужную формулировку — Мой старый друг, Джулия.
Так приятно было произнести эти слова по отношению к ней. Действительно старый друг, с которым так много всего было связано когда-то очень давно.
— Пойдемте к нам — пригласила Джулия, когда я загнал машину в чрево одного из гигантских грузовиков — Передохнете, поедите, наберетесь сил.
Отказываться мы не стали, и Джулия повела нас через колонну, попутно с охотой рассказывая о том, как у них здесь все устроено. Тогда я впервые узнал и увидел воочию, как живут караванщики. Несколько тягачей тянули за собой целую вереницу прицепов, что очень напомнило мне поезда предков, с их бесчисленными вагонами, через некоторые мы проходили насквозь, другие переходили по крышам. В подавляющем большинстве эти прицепы были грузовыми, и лишь единицы жилыми, но места хватало для размещения нескольких сотен человек, большинство из которых имели лишь собственную койку и немного места вокруг нее, отгороженного от остальных хлипкими, пластиковыми стенами — весьма иллюзорными преградами. В одном таком вагоне, под общей крышей могло собираться до сорока человек, как правило объединенных общей профессией, что впрочем не добавляло им комфорта. Но были и другие жилые вагоны, с апартаментами, рассчитанными на вольготное пребывание всего нескольких человек. И селили в них не богатых и уважаемых, а перспективных, то есть семьи. Джулия получила себе такие апартаменты, когда, всего месяц назад выяснилось, что моя бывшая зазноба беременна, о чем она сообщила со счастливой улыбкой.