В общем и целом у нас ушло чуть больше трех недель на подготовку. И все эти дни я нарочно избегал темы набора группы. А, казалось бы,это и есть самое важное – какие люди будут окружать тебя и прикрывать спину. Что толку от превосходного вооружения и аппаратуры, если некому управлять всем этим. Но мне не хотелось даже думать о наборе команды. Я отказывался признаваться в том, что боялся набирать людей. Боялся, что не справлюсь с командованием, что подведу их. Но больше всего боялся, что они не станут такими как Грешники. Мне хотелось быть в той команде. Там где есть Хирург, Пастырь и, конечно же, Джим – друг, которому я смогу доверить свою жизнь без колебаний. Пусть там будет и Стив, к которому я смог привыкнуть и даже сдружиться на столько, насколько это было возможно для нас обоих. Мы были настоящей командой. Мы были настоящей семьей. Думая о создании новой команды я чувствовал укол совести, словно я предаю свою истинную семью, порочу их память тем, что окружаю себя другими людьми.
К Лилит это конечно не относилось. Все те дни она была рядом, вникала во все вместе со мной, помогала, советовала и отвлекала тогда, когда это было нужно. С ней все становилось проще. Я не чувствовал груза ответственности и вины. Она словно разделяла этот груз со мной. Мне хотелось показать Лилит ту семью, что для меня была навсегда потеряна. И она быстро поняла это. Поняла по тем скудным фразам, коими я обрывал все разговоры на эту тему. Поняла и решила действовать самостоятельно. И я бы увидел эту деятельность, не будь настолько сильно увлечен работой. Можно было легко это заметить когда даже Патрик, в первые дни часто спрашивающий меня о будущих членах группы, в какой-то момент просто перестал интересоваться данной темой вовсе. Но я так ничего и не заметил, до самого последнего дня.
В тот день я с самого утра копался в гараже, проводя последние калибровки оборудования в тягаче. И, как ни странно, Лилит в этот день со мной не было. Сначала меня это удивило, так как все три недели она не отходила ни на шаг. Но занявшись работой, я быстро отвлекся от этих мыслей.
– Клайд — услышал я мужской голос за своей спиной.
Я оглянулся и с удивлением уставился на Алена. Он стоял от меня всего в метре, а я настолько увлекся работой, что не слышал, как он вошел в гараж. Я смотрел на него и от чего-то отказывался поверить в то, что вижу именного его. Я то думал, что уже никогда больше не встречусь с этим воякой.
Он протянул мне руку:
– Рад видеть.
Я пожал ее молча. Отнюдь не потому, что не был рад его видеть. Хотя я не был. Но я вообще не испытывал никаких эмоций к данному субъекту и даже думать про него забыл. Потому появление Алена в моем гараже оказалось настолько неожиданным, что я никак не мог побороть свое недоумение.
– А ты я вижу мне не рад – сообщил он глядя мне в глаза.
В его взгляде не были ни вызова, ни злобы. Они, как ни странно, выражали некую покорность и даже дружелюбие. Я почувствовал себя неловко за такое странное и холодное приветствие.
— Нет, нет — поспешил возразить я – Просто не ожидал тебя тут увидеть.
– Я хотел прийти раньше, но мне сказали, что команду будут набирать сегодня.
Слова застряли у меня в горле. Сразу с десяток вопросов завертелось в голове. «Кто сказал? Почему сегодня? Зачем ты хотел прийти раньше? Ты что, хочешь быть в моей команде? Ты что, СЕРЬЕЗНО, хочешь быть в моей команде, после прошлого выезда? Кто и сколько заплатил тебя за это? И главное, зачем тебе это нужно?». Я постарался не показывать своего удивления и выбрать один из этих вопросов.
– Кто тебе это сказал?
– Мне солгали? — ответил Ален вопросом на вопрос.
— Не уверен. Возможно, просто я что-то пропустил -- нашелся я, надеясь, что не выгляжу идиотом – Тут было много работы.
– Патрик – сообщил Ален, и видимо решив, что мне потребуются разъяснения продолжил – Он сказал, что сегодня я могу прийти и вступить в команду.
И вот тут я не нашелся, что ответить. Хотелось ли мне видеть Алена в нашей команде? Нет, конечно. Человек, отказывающийся подчиняться моим указаниям, мне уж точно за стеной не пригодится. В прошлый раз это закончилось его же ранением. «На что он рассчитывает? Может он хочет сам возглавить группу?» – пронеслась мысль в моей голове. Бредовая мысль, но иных идей у меня не было.
– Хочешь быть в моей команде? – уточнил я, скорее для себя самого, и за одно напомнив, что это моя группа, и я слишком много сил вложил в нее, чтобы уступить каком-то наглому вояке.
– Мы с тобой в тот раз не очень хорошо начали – сказал он вместо ответа – И я понимаю твое удивление сейчас.
«Черт» – подумал я – «Значит, удивление скрыть мне так и не удалось. Хреновый из меня актер».
– Если ты позволишь, я все тебе объясню.
– Что именно? – удивился я.
– То, что думаю, ты должен знать, перед тем как примешь решение.
– Ну, хорошо – яоблокотился на колесо тягача, скрестив на груди руки – Давай попробуем.
– Видишь ли, я уже сталкивался с охотниками прежде. И встреча была не из приятных.
Ален прошел к моему верстаку с инструментами, уперся в него обеими руками, и опустил взгляд. Впервые за все время нашего недолгого знакомства Ален не смотрел мне в глаза, и это могло сказать о многом. Например, о том, что история, которую он собирается поведать, имеет для него большое значение.
– Я служил в группе внешней разведки. Проще говоря, мы, как и охотники, работали за стеной. Однако в наши обязанности входило не столько убийство тварей, сколько задачи более тривиальные. Вот и в тот день, в конце прошлого лета, мы получили вполне конкретный приказ. Один из маяков перестал передавать данные. Ты ведь знаешь, что все пространство вокруг Филина километров на тридцать утыкано разнообразной скрытой аппаратурой?
– Знаю – кивнул я, вспоминая как много раз натыкался на подобное оборудование с Грешниками. Благодаря этим приборам город собирал всю необходимую информацию о ситуации во внешнем мире, от погодных условий до передвижения легионеров за стеной.
– Так вот нас направили осмотреть этот маяк, на северо-востоке. Пошла почти вся группа, пятнадцать человек, плюс два техника-инженера. А вернулось лишь пятеро, включая меня. Простая, казалась бы задача, превратилась в настоящий кошмар.
– На вас напал легионер?
– Два голема.
Я сочувственно вздохнул. Да, големы могли оказаться той еще проблемой. Кроме того, что это один из немногих видов тварей, которых не видит сканер, броня этих паукообразныхчудовищ самый настоящий камень. В прямом смысле камень. Они носят на себе этот панцирь, но самое страшное то, что они способны впадать, в этакий режим ожидания, прикидываясь самыми обычными камнями. Большими такими, бесформеннымикаменными глыбами лежат себе, и в таком состоянии не излучают волна следовательно не улавливаются сканером. В том-то и состоит опасность, что когда тварь приходит в движение и обнаруживается прибором, бывает уже слишком поздно. Охотники умеют отличать такие засады, но големы встречаются не слишком часто, и все прочие о подобном могут просто не знать.
– Я не поверил глазам, когда все началось – продолжал Ален – Два камня, каждый размером почти с наш броневик, просто встали и пошли на нас. А ведь все было чисто. Проверили трижды, расставили патрули. Но к такому были не готовы. Я тогда даже не знал, как они называются.
Выбрались мы только чудом. Хотя какое там чудо, ведь столько парней полегло. Но знаешь что самое забавное – Ален наконец обернулся ко мне, и наши взгляды встретились.
– Там были охотники – он ухмыльнулся – Неподалеку. Всего километрах в десяти. Большая группа, человек двадцать.
– Койоты – проговорил я.
– Мне плевать как они себя называют. Для меня они навсегда останутся тем, кто не пришел нам на помощь. Мы спрятались в броневике, но не могли уехать. Сначала одна, а затем и обе эти мрази забрались прямо к нам на крышу. Облепили броневик,погнули пушку, и отчаянно рвались внутрь. И мы на всех частотах звали на помощь. Но охотники не откликнулись. Просто промчались мимо. Один из парней был серьезно ранен, ему требовалась госпитализация. Он умер у меня на руках, пока мы решали, как быть. В конечном итоге разработали план, который требовал покинуть машину и согнать тварей с машины. И это стоило жизни еще двоим. А ведь эти ребята могли бы жить, сверни охотники к нам. Им даже выходить не пришлось бы. Лишь пальнуть пару раз из большого калибра, и мы свободны.