Я снова наклоняюсь и прижимаю свои губы к её, целуя её страстно, сообщая, как много значат для меня эти слова. Не только любить кого-то, но и чтобы кто-то любил меня в ответ, это приятно. Восхитительно, даже. Это похоже на чувство безопасности, которого у меня никогда не было раньше. То, что я знаю, что могу иметь только с ней.
Через некоторое время мы оба отстраняемся, чтобы перевести дыхание.
— Так что теперь? — спрашивает она, глядя на меня этими большими карими глазами.
Я не знаю, имеет ли она в виду в целом или между нами, но я отвечаю, охватывая все основы.
— Ну, Бреннен сказал, что школа должна скоро связаться со мной, чтобы получить заявление и узнать, хочу ли я предъявить обвинения, — говорю я осторожно, оценивая её реакцию, но я не обнаруживаю никаких возражений. — Я знаю, что они идут за ним, но я не уверен насчёт Адрианны. — Я не знаю, сколько доказательств есть, чтобы сделать её сообщницей.
Она кивает, впитывая всё.
— А что касается нас, я всё ещё твой, если ты хочешь меня.
Она смотрит на меня с такой привязанностью, что это больно.
— Конечно, хочу, — говорит она, кладя руку мне на щеку и вставая на цыпочки, чтобы прижать свои губы к моим. — Я хочу всего тебя… хорошее, плохое, всё, — выдыхает она между поцелуями.
И вот так, я полностью сдаюсь. Сто десять процентов, без сомнения, эта девушка владеет мной.
Я пропускаю свои пальцы сквозь её волосы, углубляя поцелуй, и делаю шаг вперёд, заставляя её сделать шаг назад. Задняя часть её бёдер прижимается к моему столу, и она садится на деревянную поверхность, раздвигая колени, чтобы позволить мне встать между ними.
Я напоминаю себе, чтобы не торопиться, быть нежным. Я не планировал, чтобы это переросло во что-то большее, чем поцелуй, но когда её пальцы скользят вниз по моему торсу и проникают под мою рубашку, касаясь моей голой кожи, эти мысли очень быстро вылетают из головы.
Я не смею снимать свою рубашку, не желая случайно неверно истолковать её действия и двигаться слишком быстро. Но когда она подтягивает ткань вверх, отводя её в стороны, я думаю, что довольно хорошо читаю её сигналы.
Мои губы лишь кратко прерывают контакт с её губами, когда я дотягиваюсь за собой и хватаю воротник своей рубашки, стягивая её вверх и снимая. В ту же секунду, как моя рубашка падает на пол, её прохладные, нежные пальцы касаются моей обнажённой кожи, поджигая её.
Я стону в её рот, хватая её за бёдра и притягивая её ближе к краю стола, чтобы наши тела были прижаты друг к другу. Мои пальцы чешутся, чтобы дотянуться до ткани её свитера, но я не делаю этого, желая и нуждаясь в том, чтобы она была той, кто добровольно полностью доведёт дело до конца.
— Бронкс, — она выдыхает моё имя на мои губы, самый тихий стон в её тоне.
— Да?
Чёрт. Почему мой голос звучит так хрипло?
Вместо того, чтобы использовать слова, она кладёт свои руки поверх моих, скользя ими вверх по её бёдрам. Когда мои кончики пальцев касаются края её свитера, я отстраняюсь.
— Ты уверена? — спрашиваю я, запыхавшись, моё сердце колотится в груди.
Она смотрит на меня затуманенными глазами, затем её взгляд скользит к моей кровати.
— Да.
Руки практически дрожат, я хватаю край её свитера и тяну его вверх. Она поднимает руки, позволяя мне стянуть ткань вверх и через голову, открывая простую белую футболку под ней.
Она притягивает меня для жгучего поцелуя, её пальцы роются в моих волосах. Я хватаю её за заднюю часть бёдер, поднимая её и неся несколько шагов к моей кровати, мягко укладывая её.
Я заползаю на неё, одна рука прижата к матрасу возле её головы, в то время как другая покоится на её бедре, медленно пробираясь вверх и под тонкую ткань её футболки, мои пальцы скользят по её мягкой, тёплой коже.
— Подожди, — она отстраняется от поцелуя, запыхавшись, её рука резко опускается, чтобы схватить моё запястье.
Я автоматически замираю, отстраняясь. Глядя на неё, я отмечаю, что её глаза смотрят куда угодно, только не на мои.
— Мы не должны этого делать, Финч, — уверяю я её, боясь, что всё происходит слишком быстро.
— Я знаю. Но я хочу. Я просто — можно нам... — она делает глубокий вдох, её глаза наконец встречаются с моими. — Можно я оставлю свою футболку? — спрашивает она застенчиво, её щёки вспыхивают красным.
— Детка, тебе не о чем беспокоиться, — обещаю я мягко, убирая прядь волос с её лица. — Ты идеальна.
Она смотрит на меня, глаза нерешительны, и моё сердце разрывается от того, что она так не уверенна в своём теле. Но я не буду давить на неё. Я с радостью приму всё, что она готова дать мне, и буду полностью ценить её без вопросов.