Гроу кивнул.
– Слово дал, нарушишь – ходить не сможешь никогда, – он стукнул Гроу по макушке.
Ноги дернулись, по мышцам разошлось тепло. Подобрав их, Гроу сел на колени и медленно поднялся. Таолар впечатлил его, таких чудес раньше он не видел.
Лекарь осмотрел его:
– Молодец. Разомнись. Только не пускайся в домеронский пляс. С такой раной надо поспать еще сутки. Мои травы на тебя слабо действуют…
Гроу не согласился. Травы действовали отлично, его никогда не посещало столько видений. Он оперся рукой о стену:
– Сколько я здесь?
За окном вилась широкая дорога, окруженная деревянными домишками, похожими друг на друга.
– Ты валялся два дня. Мы нашли тебя в горах со стрелой дора в спине. Скажешь, что неудачно упражнялся в стрельбе?
Гроу посмотрел исподлобья. Таолар выставил руки:
– Я не судья и сплетен не собираю. Однако кое-что спрошу, – он скрестил перед собой указательные пальцы, лицо стало серьезным. – Ни летери?
Гроу ничего не ответил, витиеватые слова ему ни о чем не сказали. Зато Исвена вскинула брови и приоткрыла рот.
– Ни летери? Не понял, нет? – Таолар оживился. – Вот и славно. Нужник справа от дома, герой. Повязку не снимай и не сверкай ею на людях. Лучше оденься. Нам с леди надо очень серьезно поговорить наедине.
Исвена сверкнула глазами и сжала губки.
Отыскав в углу около лежака свою одежду, Гроу с трудом нацепил жилет и плащ. Под ними лежали золотая цепь и кошель. Поколебавшись, Гроу спрятал деньги и нацепил украшение. Закрыв дверь, он замер и прислушался.
– Вы думаете, это он? – зазвучал тихий голос Исвены.
Ответа мужчины Гроу не расслышал, хоть приблизился к двери почти вплотную.
– Нет, – голос девушки дрогнул. – Вы же хотели уехать на рассвете. А что теперь, возьмете его с собой? Он же не ответил. Я тоже чувствую силу, но силу Темной стороны. Это каторжник, вы же увидели? А меня будут искать…
Дверь резко открылась, Гроу вздрогнул и столкнулся с укоризненным взглядом Таолара. Мужчина уперся рукой в косяк и прищурился:
– Много знаешь – проще выжить, верно? Так не всегда, герой. Юношам лучше довольствоваться меньшим и держать аскезу. А не то бесы поселятся в голове. Прогуляйся, только не исчезай, я осмотрю твою рану.
Гроу знал другую мудрость. Самые опасные враги те, кто называет себя союзниками, а говорят за спиной. Правда заговорщики не внушали опаски.
Дом оказался небольшим. Внизу был полумрак, у входа лежали старые шерстяные ковры с выцветшими незатейливыми узорами.
Он накинул капюшон и вышел наружу. Крыльцо выходило на широкую дорогу, выложенную бутом, тем самым, что привез из дальних земель его дед. Камень отлично сохранился и на солнце сиял красным.
Своего коня он нашел в пустом стойле. Животное лежало на свежей соломе, беззаботно вытянув кривые ноги, и медленно жевало сухую траву. Гроу тихо свистнул, конь ответил фырканьем.
Вдоль дороги протянулась дюжина домов, отличавшихся друг от друга в основном расписными яркими фасадами и вывесками с изображениями рыбешек, хлеба, корзин. На резных наличниках развевались разноцветные ленты. Праздник предков должен был продлиться еще три дня. Вдалеке стучал молот кузнеца и раздавались оживленные голоса, совсем близко скрежетал ворот колодца. У обочины, шагах в ста, стояла повозка, запряженная двумя мулами, и несколько крепких мужчин выгружали из нее тяжелые мешки.
Да, это место он хорошо помнил. Дома построили вдоль торгового тракта, и до города отсюда было не больше трети дня езды. Здесь отец всегда задерживался и позволял Гроу заглянуть в лавку с игрушками и деревянными тренировочными мечами. Хорошее было время, сказочное.
Он опустил голову, стараясь скрыть от зевак лицо, и повернул направо, за дом. Нужник стоял там, где сказал Таолар. От травы, прогретой солнцем, пахло весной. Он забыл, сколько радости может приносить безоблачное небо и солнечные лучи.
Справив нужду, Гроу поколебался, но вернулся. Таолар его заинтересовал. Он походил по комнатке и остановился у маленькой обугленной печки. Ставни в комнате были плотно закрыты, и щели заткнуты тряпками. В полумраке на маленьком столе горела масляная лампа, рядом подсыхали свитки, исписанные рунами. Гроу не умел их читать. Среди столбиков с аккуратными символами он увидел зарисовки пейзажей и треугольники, заполненные пересекающимися линиями и цифрами. Он взял в руки один из свитков. На нем среди штрихов и пронумерованных рун он разглядел знакомые холмы, и круг, нависший над горизонтом. От него разбегались тонкие, кривые лучи. Или… молнии? Гроу всмотрелся. Он видел эту картину наяву еще там, в горах. Зеленое солнце. Зарево в ореоле изломанных зигзагов. Пергамент в руках задрожал.