— Надеюсь, что нет, — ответил Мейсен.
Я удивленно подняла брови, глядя на него.
— Он не будет в восторге.
— Как и я не был счастлив прошлой ночью. Он не просто испортил мою машину. Ты тоже была в опасности, и я этого так не оставлю.
Тепло разлилось по моей груди и я с придыханием смотрела на него. Смогу ли я когда-нибудь привыкнуть к тому, что он заботится обо мне? Возможно, даже через миллион лет — нет.
— Не подавай мне никаких идей. Они звучат слишком заманчиво.
Я покачала головой.
— Он убьет тебя, когда увидит. Мне придется применить все свои навыки кикбоксинга и Крав-мага, чтобы защитить тебя.
Я пошутила, но на самом деле была до смерти напугана. Я носила нож Стивена в ботинке на всякий случай, но очень, очень надеялась, что мне не придется им воспользоваться.
Он ухмыльнулся.
— Тогда мне повезло, что ты мой телохранитель.
Я бросила на него испепеляющий взгляд.
— Продолжай в том же духе, и тебе понадобится телохранитель, который защитит тебя от меня.
Он заулыбался:
— Всегда такая вспыльчивая. — А затем одарил меня самой дерзкой ухмылкой на свете. — Но я тебе нравлюсь, так что… — он подмигнул мне, и я не смогла сдержать улыбку.
Я перевела взгляд на его мускулистые руки в перчатках, думая о том, как сексуально он выглядит, одетый во все черное, сидя на кожаном сиденье. Казалось, ему было комфортно за рулем, как будто это было его второй натурой, он привык к машине.
Заметив мой взгляд, он взглянул на меня.
— Что?
— Тебе действительно стоит подумать о легальных гонках. Ты, очевидно, рожден для этого, так что вполне можешь стать профессионалом.
Он долго молчал, его задумчивый взгляд был устремлен на дорогу.
— Я бы хотел, — тихо сказал он. Слишком тихо.
Я ущипнула его за щеку, и он, нахмурившись, посмотрел на меня.
— Ой? За что это было?
— Перестань вести себя как дурак. У тебя все может получиться. Просто перестань валять дурака и сосредоточься на этом.
Я скрестила руки на груди и устремила взгляд на темную дорогу, чувствуя, как ускоряется ритм моего сердца. Он был прав. Он не мог просто так уйти из банды.
— Эй. — Он положил руку мне на бедро, и я посмотрела на нее, ощущая, как по моей коже пробегают теплые мурашки. — Судя по тому, как ты хмуришься, ты покроешься морщинами ещё до тридцати.
— Конечно, я волнуюсь, когда ты заставляешь меня постоянно беспокоиться. Ты хуже пятилетнего ребенка. — Он улыбнулся мне, а я прищурилась, глядя на него.
— Что теперь?
— Мы препираемся, как старая супружеская пара.
— Но тебе же нравится это упрямый ты идиот…
— Мне действительно нравится.
Я поправила свою кепку.
— Может быть, полиция окажет тебе услугу и избавится от банды Ти.
Он не ответил. Меня охватило необычное чувство нервозности. Интуиция подсказывала мне, что сегодня вечером произойдет что-то плохое, но я ничего не могла с этим поделать.
Мейсен свернул в лес, направляясь по тропинке, которую легко было бы не заметить, если бы мы не знали о её существовании. Не проехав и мили, мы наткнулись на две машины, перегородившие дорогу. Я уже начала было придумывать план "Б", "В", "Г" — чёрт возьми, весь алфавит, чтобы разобраться с полицейскими, как вдруг увидела пятерых парней, ожидающих нас там. Они производили впечатление настоящих бандитов.
Они стояли, как живой щит, скрестив руки на груди, одетые во всё чёрное и выглядели так, словно в любой момент могли перерезать нам глотки. Один из них подал знак Мейсену остановиться.
— Что происходит? Приветственный комитет? — Спросила я, чувствуя, как моё тело готовится к действию.
Выражение лица Мейсена стало безжалостным, и я увидела в нём человека, который был свидетелем множества отвратительных поступков и сам их совершал.
— Они здесь для того, чтобы убедиться, что никто не войдёт без приглашения, — сказал он.
— Это, должно быть, я, — прошептала я. — Итак, что мы будем делать? Спрячем меня в багажнике? Потому что, позволь тебе сказать, я не собираюсь этого делать.
— Ничего драматичного. Не то чтобы у нас было на это время. Расслабься. — Он сжал мое бедро и остановился всего в нескольких футах от парней, и фары превратили их в пугающие силуэты.
Один из них подошел к машине со стороны Мейсена, и я еще раз мысленно отметила нож, надежно спрятанный в моем ботинке.
Мейсен опустил стекло. Парень улыбнулся Мейсену, но потом заметил меня в машине, и его лицо исказилось гримасой недовольства.