Следующим утром Мелинда проснулась бодрой и полной сил.
Не беря во внимание бредовый сон, в котором она пыталась провести магический обряд и переспать с Тэроном, у нее было отличное настроение. Часы показывали без пятнадцати семь, поэтому девушка не спешила идти завтракать, а позволила себе понежиться в постели еще полчасика и полистать твиттер.
Когда Мелинда окончательно избавилась от сонного состояния и привела себя в порядок, то вышла в гостиную, предвкушая сытный завтрак и горячий кофе. Тэрон, как обычно, сидел за столом с планшетом и рисовал, но, завидев девушку, оторвал от экрана взгляд и пожелал доброго утра. Мелинда приветливо улыбнулась и ответила взаимностью, а Тэрон, в свою очередь, начал расспрашивать, как ей спалось этой ночью. Мелинда испытывала некоторое смущение, пока отвечала на вопросы, ведь ничего подобного он до сих пор у нее не спрашивал. Но решив, что Форбсу просто не о чем поговорить, девушка говорила, что все замечательно: она всю ночь проспала как убитая и даже ни разу не вставала попить воды. В ответ Тэрон коротко кивал и задумчиво мычал, будто подводя ее речь к какому-то определенному выводу.
Пока девушка совершала манипуляции и готовила себе еду, она заметила, что Форбс то и дело кидает на нее пристальные и очень странные, весьма неоднозначные, взгляды. Такие, словно Мелинда, сама того не осознавая, совершила нечто из ряда вон выходящее, а заговорить об этом первым парню не позволяет чувство такта. Когда она села за стол, собираясь поинтересоваться, почему он на нее пялится, Тэрон вдруг лишил ее такой возможности. Завидев заинтересованность в глазах собеседницы, молодой человек тут же начал показывать новые страницы комикса и оживленно спрашивать ее мнения.
В итоге за завтраком молодые люди просидели около часа, пока не отравились заниматься своими делами, Тэрон – работать, а Мелинда – дописывать главу.
– Какого черта ты творишь?! – закричала стоящая под душем Мелинда, когда дверь приоткрылась, и в ванную с непроницаемым выражением лица вошел Тэрон. Встретившись с ним взглядом, девушка завизжала и закрыла ванну плотной черной шторкой. – Убирайся! Сейчас же!
– Да успокойся, не смотрю я! – Как бы в подтверждение своих слов парень повернул голову в сторону. – Я хотел предупредить, что ненадолго уйду. Я звал тебя и стучался, но ты не отвечала, вот мне и пришлось нарушить правила приличия. Прости, я не думал, что ты моешься.
– Неужели рассчитывал увидеть меня сидящей на унитазе?
Тэрон хохотнул.
– Нет, но…
Злость и негодование Мелинды быстро сменились недоумением, когда она прокрутила в мыслях слова парня. Перед тем как уйти в душ, она проверила время, часы показывали начало одиннадцатого.
– И куда ты собрался в такую рань?
– По делам.
«Ошибусь ли я, если предположу, что под размытым понятием „дела“ ты пытаешься зашифровать покупку всякой увеселительной дряни?» – с язвительностью подумала девушка, но через секунду, когда взгляд упал на окольцованный палец левой руки, которой она придерживала шторку, ее будто шарахнуло током. Осознав, при каких неподобающих обстоятельствах они сейчас общаются, Мелинда оторопела.
– Ладно, я поняла, – быстро буркнула она, желая любой ценой избавиться от общества парня. – А теперь проваливай.
– Тебе чего-нибудь захватить на обратном пути? Я планирую заехать…
– Тэрон, больше всего на свете я желаю, чтобы ты свалил из ванной и дал мне спокойно помыться!
– Как пожелаешь.
Мелинда услышала, как открылась и закрылась дверь, после чего прислонилась к мокрой кафельной стене и сползла по ней на пол.
– Мудак бесстыдный!
– А вот это обидно! – криком отозвался он, и до нее вдруг дошло, что парень и близко не тот невинный ангел, каким пытался казаться. Шумоизоляция в пентхаусе была поразительной (в плохом смысле слова), и потому девушка никак не могла не услышать стука или оклика перед тем, как Тэрон ворвался в ванную. – Я еще не ушел, а ты уже вовсю поливаешь меня дерьмом.
– И заслуженно. Научись сначала стучаться, а на худой конец – придумывать достоверную ложь.
– Пожалуй, я и правда недооценил твою сообразительность.
Ничего не ответив, Мелинда вышла из ванны, наспех вытерлась полотенцем и подошла к раковине, где двадцать минут назад оставила комплект белья: желтые трусы с мультяшкой и чистую белую футболку… которых сейчас почему-то на месте не было.
– И мне по-прежнему ужасно нравятся твои трусы с Губкой Бобом, – словно синхронизировавшийся с ее мыслями, прокричал из-за двери Тэрон.
Возмущенно ахнув, Мелинда рявкнула:
– Извращенец! – После чего до слуха донесся второй хлопок двери, ознаменовавший уход Тэрона из ее спальни в гостиную. – Гребаный вор трусов…