– Мастер-класс, который однажды преподали мне близняшки. – Тэрон ностальгически улыбнулся. – И тем самым разнообразили мой жуткий рацион питания, состоящий из пива, полуфабрикатов и первой положительной.
– Это… это круто! – Девушке было странно и очень неловко говорить с Форбсом о близняшках, учитывая ужасную смерть Вэллы и побег Вуди, ответственность за который всецело ложилась на плечи Мелинды и Аллана. – Вуди потрясающий повар. Никогда не забуду ее фирменные бисквиты.
– О, завтраки у нее потрясающие.
Мелинда хотела было сказать что-то в ответ, но едва она открыла рот, как Тэрон переключился на другую тему.
– А ты чего кровь не пьешь? Не любишь первую положительную? Или все еще страдаешь своим комплексом уединенного питания?
Мелинда посмотрела на стоящий перед ней стакан, источавший необыкновенно соблазнительный запах, неизменно пробуждавший ее живот на тоскливое урчание. Так уж получилось, что по какой-то странной причине, Мелинде с первого дня своего вампирского существования было некомфортно питаться в присутствии других вампиров. Она стеснялась даже Аллана, а на вопрос, в чем именно кроется ее комплекс, никогда не могла дать однозначного ответа.
– Я… – начала Мелинда, пытаясь отыскать ответ. – Мне все равно на группу.
– Тогда почему не пьешь?
– Не знаю, мне всегда казалось странным пить кровь при других.
Тэрон с недовольным выражением лица скрестил на груди руки.
– Мелинда, не обижайся, но это самый идиотский комплекс, о котором мне приходилось слышать.
Будучи полностью солидарной с мнением Форбса, девушка сокрушенно вздохнула.
– Ну, спасибо за честность.
– Причем здесь честность? Я веду к тому, что проблема пускай и глупая, но она мешает жить. Ты не думаешь, что с этим нужно что-то делать?
– Разве с этим можно что-то сделать?
Мелинда вздрогнула, когда Форбс вдруг резко подался вперед, хлопнул ладонью по столу и вперил в нее свой пристальный взгляд.
– Конечно, можно! – воскликнул он. – Эту проблему нужно проработать. И если ты действительно не знаешь, что делать, я с радостью поиграю с тобой в Зигмунда Фрейда. Уверен, мне за десять минут удастся выбить из твоей головы всю ересь.
Не возлагая на тактику парня больших надежд, но видя, как он воодушевился идеей оказания помощи, Мелинда постаралась выдавить из себя правдоподобную улыбку.
– Можем попробовать.
– Отлично. Первый вопрос: почему ты стесняешься пить кровь в обществе других вампиров?
– Я не знаю.
– Мелинда, так дело не пойдет. Включи мозг, копни глубже и выдай мне правдивый и адекватный ответ.
Мелинда потупила взгляд, изо всех сил пытаясь отыскать истинную причину своему комплексу, которая запряталась настолько глубоко, что казалось, будто ее и вовсе не существует. Понимая, что такими темпами дело не сдвинется с мертвой точки, парень пошел ва-банк.
– Ладно. – Он придвинул к ней наполненный до краев стакан, алая жидкость покачнулась, едва не перелившись через край. – Тебе смущает кровь? Просто «да» или «нет».
Мелинда сглотнула.
– Нет.
– У тебя гемофобия?
– Нет.
– Тебе не нравится ее вкус?
– Нравится.
– Всему виной давняя детская травма, когда ты стала свидетелем жестокого убийства с элементами расчленения?
Мелинда улыбнулась.
– Боже, нет.
– Хорошо, если ты не испытываешь отвращения, и кровь приятна на вкус, тогда по какой такой интересной причине она вызывает у тебя дискомфорт? Кровь – твой главный источник питания, наделяющий тебя долголетием, здоровьем и силой. В чем дело?
Впервые, казалось, за все время Мелинда всерьез задумалась над этой проблемой и копнула вглубь своего сознания. Неожиданно на ум пришло призрачное объяснение.
– Наверное… – протянула она, силясь ясно сформулировать появившуюся догадку. – Потому что это не обычная еда. Кровь – основа жизни любого живого существа. Она согревает, питает, очищает и защищает тело. Не будет крови, не будет и жизни. – Девушка закусила губу. – Когда я пью ее в чьей-то компании, то сразу чувствую себя каким-то демоном. Я думаю, что это аморально.
Явно впечатленный объяснениям, Тэрон удивленно приподнял брови.
– Но ты же ешь мясо, правильно?
– Да.
– Окей, если уж вдаваться в особенности анатомии, то так называемой плоти в человеке около шестидесяти процентов, а крови меньше восьми. Главное отличие в том, что ради куска мяса придется кого-нибудь убить, а вот кровь можно добывать вполне цивилизованным способом. Нас даже хищниками назвать нельзя, потому что современные вампиры редко идут на убийство ради пропитания. – Он улыбнулся. – В то время как мясоедов можно жестко отчитать по всем моральным составляющим.