Отныне это была пройденная глава ее жизни, оставленная в далеком прошлом.
Докурив, Мелинда вернулась к рабочему месту, бросила бычок в стоявшую на столешнице медную пепельницу и села в кресло. Она закрыла глаза, глубоко вдохнула и выдохнула, но испуганно вскрикнула, когда распахнула веки и увидела свою руку. Карабкаясь вверх по толстовке, на ее предплечье забралась отвратительная толстая сколопендра красно-коричневого окраса. Мелинда несколько раз яростно встряхнула рукой, насекомое отцепилось от ткани и вверх ногами беспомощно шлепнулось на пол. Не медля ни секунды, девушка вскочила и придавила ее ногой, услышав, как хрустнули сегменты панциря. Приподняв ногу, девушка скорчила гримасу: к подошве налипли внутренности мерзкой твари.
– Черт подери… – проговорила Мелинда вслух. Из-за отсутствия стабильного сна, стресса и систематического недоедания, она чувствовала себя разбитой и уставшей. – Это когда-нибудь закончится?..
В миллионный раз осознавая свое бессилие перед происходящим, девушка постаралась выбросить из головы образ ползучего гада. В надежде восполнить свои силы получасовым сном, она, не обращая внимания на гнусный старушечий смех у себя в голове, поудобнее устроилась в кресле, откинулась на кожаную спинку и закрыла глаза.
Мелинда проснулась, когда в дверь негромко постучали. Распахнув отяжелевшие веки, девушка почувствовала нарастающую панику. В голове возник вопрос: неужели в дом пробрался посторонний? Тревога обрушилась с такой феерической мощью, что Мелинда подскочила на ноги как ошпаренная. Приготовившись, что с минуты на минуту в комнату ворвется враг, не пытаясь разобраться в ситуации, она заняла оборонительную позицию. По телу пробежалась волна жара от осознания, что на пороге стоит вампир. Обратившись, Мелинда овладела сверхъестественной способностью ощущать присутствие себе подобных на близких расстояниях.
В точности, как во всевозможных фантастических сюжетах, вампиры могли чувствовать друг друга по недоступным взору аурам. Конечно, в силу юного возраста и неопытности инстинкт Мелинды работал далеко не исправно, но Аллан убедил ее, что со временем способности окрепнут, и девушка не будет испытывать неудобств. Исходящие от других вампиров энергии можно описать как острые, мельтешащие импульсы, воспринимающиеся мозгом и нервной системой, но никак не проявляющиеся визуально.
Когда поблизости оказывался вампир, мысли начинали путаться, пульсировать и окрашиваться в странные и очень яркие тона. В этот раз жуткая способность сработала с безупречной точностью. Мелинде не понадобилось прилагать лишних усилий, чтобы сознание настроилось на новую волну: во что бы то ни стало уничтожить того, кто посмел вторгнуться в ее жилище. Не отрывая взгляда от двери, она неуклюже нашарила рукой массивную пепельницу. По столу тотчас рассыпались сигаретные окурки, но Мелинда не обратила внимания на беспорядок. Когда бронзовая ручка с тихим скрипом повернулась, в комнату заглянул… Аллан. Довольное выражение лица сменилось тревогой, когда юноша взглянул в расширенные от ужаса глаза возлюбленной.
– Хэй, – робко окликнул ее парень. – Что случилось?
Мелинда не отреагировала. На бледное растерянное лицо Аллана она глядела через кроваво-красную призму, а взмокшее от пота тело сотрясала лихорадочная дрожь. Она видела перед собой того, кто не причинил бы ей вреда, и где-то на задворках разума ясно это осознавала, однако не могла противиться охватившему ее безумию. Мир вокруг окрасился алым, а вошедший в комнату вампир казался главным врагом.
Аллан выставил перед собой раскрытую ладонь и шагнул навстречу. Как только это произошло, ее зрачки опасно расширились, а зубы обнажились в оскале.
– Милая, это я, Аллан, – спокойным голосом проговорил парень. – Все в порядке, ты в безопасности. – Сделав еще несколько осторожных шагов, он спросил: – Ты позволишь мне обнять тебя, Мелинда?