– Намекаешь, что Вэлла была той самой злой сущностью? – Аллан вопросительно приподнял бровь.
– Не исключено. А иначе как объяснить ее тягу к жестокости?
– Возможно, во всех этих легендах и присутствует смысл.
– Определенно, – отозвался Форбс, снимая брюки и оставаясь в одних боксерах. – Да и Вуди от нее наконец-то освободилась.
– Решил все-таки искупаться?
– Ну, далеко не все такие богатые, как вы, и имеют на заднем дворе собственный огромный бассейн. Лично я никогда не упускаю возможности насладиться такими благами.
Произнеся эти слова, Тэрон подошел к краю, вытянул руки, оттолкнулся от бортика и нырнул в воду. Мелинда почувствовала, что ее плечи окатило брызгами. Наблюдая, как бледное тело Форбса грациозно движется под водой к противоположному краю бассейна, Мелинда размышляла о поведанных им легендах. И действительно, пускай это были всего лишь суеверия, они не лишены смысла. Близняшки с первого дня показались Мелинде полными противоположностями, а когда они находились рядом друг с другом, то у нее неизменно складывалось впечатление, будто одна пытается подавить волю другой. Словно перед ней стоят две половинки одного целого: добро и зло, Инь и ян. Анализируя последствия прошлогодних событий, иногда Мелинде даже казалось, что все это случилось к лучшему, ведь с гибелью Мортисов мир избавился от зла.
9
Когда девушка проснулась, Аллан уже уехал на работу. Она знала, что он вернется нескоро – всего за пару часов до отъезда в аэропорт (вылет был назначен на три часа ночи), и что ей придется собирать вещи в одиночку.
Поднявшись с кровати и приняв душ, девушка вернулась в комнату и положила на дно чемодана пакетики с нижним бельем, несколько платьев, брючных нарядов и повседневных футболок. Решив, что вещами бойфренда она займется после завтрака, Мелинда направилась на кухню, где за столом ее поджидал Тэрон. За исключением того, что уже сегодня они попрощаются, было вполне обычное утро: перед Форбсом стояла дымящаяся кофейная кружка и тарелка с недоеденным пончиком, а на коленях лежал свежий выпуск астрологического журнала, в который он увлеченно вчитывался. Облокотившись о стенку проема, Мелинда постучала по дверному наличнику. Тэрон поднял голову и, увидев ее, широко улыбнулся.
– Доброе утро.
– Привет. – Мелинда подошла к кофемашине, взяла чашку и поставила программу на двойной американо, затем вернулась к столу и села напротив парня. – Опять гороскопы?
– Ага, хочешь послушать свой? – Мелинда кивнула, и Тэрон с выражением зачитал: – «Сегодня могут резко измениться ваши намерения, связанные с путешествием или дальней командировкой. Не исключено крушение надежд». – Поставив на последнем слове мысленную точку и обдумав прочитанное, Тэрон нахмурился, закрыл журнал и отбросил его на другой конец стола. – Что ж, порой гороскопы – не самый лучший мотиватор.
Мелинда закатила глаза.
– Никогда не верила в гороскопы. Ты уже подготовился к отъезду?
– Еще вчера. А вы?
– Ну, я уже положила в чемодан кое-какие вещи…
Тэрон усмехнулся.
– Я так понимаю, подготовка идет полным ходом?
Девушка улыбнулась и пожала плечами, а через секунду почувствовала, как на сердце опустилась невыносимая тоска. Прошло ровно три недели с тех пор, как Форбс приехал в поместье, и было трудно поверить, что сегодня он покинет их.
– Во сколько ты выезжаешь? – Вопрос вырвался сам собой. – После ужина?
– Решил ехать вместе с вами, ночью.
– И что ты будешь делать все это время?
– Хм. Помогу собрать тебе чемодан?
Знание, что Тэрон пробудет здесь еще один полноценный день, магическим образом вернуло девушке хорошее настроение. Более того, его предложение помочь со сборами очень развеселило.
– Но не раньше, чем я позавтракаю.
– Так уж и быть, – лениво отозвался Тэрон, сделав глоток напитка. Мелинда встала и подошла к кофемашине. Взяла в руки чашку, выудила пачку печенья из шкафчика и вернулась за стол. Она прочистила горло, и, почувствовав некоторую неуверенность, задала волнующий вопрос:
– Тэрон, думаешь… Офелия говорила правду?
Тэрон закатил глаза, на его лице Мелинда прочла немой, почти насмешливый вопрос: «Надеюсь, ты сейчас шутишь?»
– Если на то пошло, тревожиться стоит о Натаниэле, а не о бабуле с шизофренией.
– Почему они так к тебе относятся?