- Откровенно говоря, жаль, что рядом не будет Кирилла Семеновича. За три дня он проявил себя как генерал напористого, целеустремленного, немедленного действия, а у Филиппа Ивановича, насколько мне известно, при всех его достоинствах темперамент и стиль другие. Однако же товарищу Сталину видней.
Ранним утром следующего дня оба эти генерала прибыли на наш КП. После беседы мы тепло простились с Кириллом Семеновичем, и он уехал в район станций Фролове и Иловля, где разгружались прибывавшие эшелоны 1-й гвардейской армии.
Тогда же состоялось мое знакомство с генерал-лейтенантом Ф. И. Голиковым. Он был невысок ростом, с гладко выбритой головой. Говорил тихо, но очень внятно. Был подчеркнуто вежлив и никогда не допускал даже намека на неофициальность, никого не называл на "ты". За его плечами были работа во главе Главного разведывательного управления, командование 10-й армией и Воронежским фронтом.
На КП Филипп Иванович пробыл всего два дня и на рассвете 11 августа уехал в Варваровку для оказания помощи довольно слабой 57-й армии. С ним отбыли заместитель начальника штаба по ВПУ полковник И. Е. Иванов и еще несколько человек.
Обстановка в полосе 64-й армии нормализовалась, и мы собирались завершить налаживание работы штаба. Но из Ставки шли настойчивые требования стабилизировать положение и в районе 62-й армии. Поэтому вместе с начальником штаба Сталинградского фронта генералом Д. Н. Никишевым и начальником оперативного управления этого фронта генералом И. Н. Рухле мы постарались проанализировать ситуацию, которая сложилась перед 62-й армией. Против ее войск, насчитывавших 8 ослабленных стрелковых дивизий, 2 танковых корпуса (фактически без танков) и 2 недостаточно укомплектованные танковые бригады, к исходу 6 августа действовало 13 вражеских дивизий, в том числе 9 пехотных, 2 танковые и 2 моторизованные. Причем 7 дивизий были сосредоточены перед правым флангом 62-й армии и 6 - перед левым. В ударной группировке 6-й армии Паулюса, о которой мы и говорим сейчас, имелось не менее 400 танков. Она поддерживалась значительной частью сил 4-го воздушного флота генерала Рихтгофена.
Иван Никифорович Рухле рассказал о развитии событий в последние дни. Говоря кратко, дело обстояло следующим образом.
Генерал Паулюс не оставил своего замысла окружить 62-ю армию, поэтому он вновь нанес по ее оперативному построению два концентрических удара. Начало их пришлось на утро 7 августа. Врагу удалось, невзирая на самоотверженное противодействие наших войск, прорвать оборону 196-й и 399-й дивизий на правом фланге армии. А на левом фланге противник несколько потеснил 112-ю стрелковую дивизию полковника И. П. Сологуба и вышел в район поселка Погодинский. Связь штаба 62-й армии с дивизиями в этот день была нарушена. 8 августа Паулюс продолжал наращивать удар. Его танковые клинья прорвались к Калачу и соединились там. Калач не был взят, тем не менее наши 33, 147, 181, 299 и 399-я стрелковые дивизии оказались в окружении.
Слушая генерала Рухле, я подумал, что, видимо, и этот казус послужил одной из причин подчинения Сталинградского фронта Юго-Восточному, поскольку В. Н. Гордов не принял необходимых мер по предотвращению прорывов гитлеровцев, хотя был своевременно поставлен в известность командармом А. И. Лопатиным о сосредоточении вражеских сил перед флангами армии и полном отсутствии у нее каких-либо резервов для противодействия готовящимся ударам.
Мы начали горячо обсуждать, как локализовать этот крайне болезненный для нас удар врага, когда позвонил майор М. Ф. Зайцев. Он доложил, что оборудование ВПУ идет полным ходом, в частности, проложен кабель в штаб 64-й армии, развернут узел связи, установлены коммутатор, телефоны и аппараты "СТ". Но ВПУ, по его мнению, размещен очень неудобно - далеко на правом фланге по отношению к главной группировке армии. Кроме того, Варваровка находится в лощине. Мы лишены обзора, зато с самолетов врага местность просматривается хорошо. Поселок состоит из 28 дворов, нет ни одного деревца и никаких естественных укрытий. А недалеко расположены совхоз и санаторий "Горная поляна", там очень выгодные условия. И завершил свой доклад Михаил Фомич без всякого оптимизма:
- Приедет Кирилл Семенович и намылит мне шею. Я приказал Зайцеву продолжать оборудование ВПУ, обеспечить устойчивую связь штаба фронта не только с 64-й, но и с 57-й армиями и сообщил, что вместо Кирилла Семеновича прибудет генерал-лейтенант Голиков, новый заместитель командующего. Он и решит, где располагать ВПУ.
После этого невольного перерыва мы продолжили анализ обстановки и решили, что необходимо добиться укрепления обороны армии по левому берегу Дона в полосе от озера Песчаное до устья реки Донская Царица, ибо этот рубеж лежал на кратчайшем пути 6-й армии Паулюса с запада к Сталинграду.
62-я армия располагала ограниченными силами, поэтому целесообразно было занять строящийся оборонительный рубеж Песковатка, Среднецарицынский прибывшими из резерва Ставки 98-й и 87-й стрелковыми дивизиями, оставив их в распоряжении командования фронтов. Кроме того, полезно было подготовить тыловой рубеж обороны на линии Котлубань, река Россошка, Карповка. Здесь мы могли использовать 4-й гвардейский дивизион "катюш", несколько танков Т-34 и отдельную химическую роту для задымления района и принятия других маскировочных мер. Было чем заминировать наиболее угрожаемые участки: сталинградские заводы в довольно большом количестве поставляли нам противотанковые и противопехотные мины. 28-й танковый корпус следовало вывести в район Илларионовского для доукомплектования.
Одновременно мы подготовили рекомендации командующему по организации деблокирования пяти дивизий, оставшихся в окружении на правом берегу Дона. Возможности 62-й армии, ослабленной в предыдущих ожесточенных боях, самой решить эту задачу были крайне ограничены. В резерве обоих фронтов фактически тоже ничего не оставалось, а враг бросил против окруженных 10 дивизий, в том числе 2 танковые и 2 моторизованные. Приходилось ориентироваться на соединения, предназначавшиеся для 1-й гвардейской армии.
Обсудили также возможные действия других армий. Вместе с ранее подготовленными нами с Н. Я. Прихидько соображениями по армиям Юго-Восточного фронта наши выводы легли в основу директивы командующего фронтами, которая была подписана 10 августа.
Вместе с тем А. И. Еременко энергично потребовал немедленной помощи центра. Это возымело свое действие, правда, не совсем в том, как мы предполагали, направлении. 12 августа к нам в Сталинград приехали член ГКО, секретарь ЦК ВКП(б) Г. М. Маленков, начальник Генерального штаба А. М. Василевский и командующий ВВС А. А. Новиков.
Несколько раньше прибыл начальник штаба фронта генерал-майор Г. Ф. Захаров, однако командующий тут же послал его на наш правый фланг, откуда предстояло в ночь на 12 августа отвести войска на укрепления внешнего обвода Сталинграда. Затем Георгий Федорович стал фактически исполнять обязанности заместителя командующего по Юго-Восточному фронту, поэтому я продолжал заниматься всеми штабными делами, хотя оперативные приказы представлялись на подпись штатному начальнику штаба. Г. Ф. Захаров вообще-то тяготел к командной, а не штабной работе, несмотря на хорошую подготовку к последней - в 1939 году он окончил Академию Генерального штаба. Человек этот был постоянно крайне суровым, в отличие от А. И. Еременко - вспыльчивого, но отходчивого.
Ввиду отъезда Г. Ф. Захарова я присутствовал на заседании Военного совета фронта, когда А. М. Василевский с присущими ему четкостью и логичностью излагал указания Ставки. Это было необычное заседание, в нем участвовали кроме членов военных советов фронтов Н. С. Хрущева и А. С. Чуянова{177} Г. М. Маленков, генерал А. А. Новиков и еще несколько прибывших военных и гражданских лиц. Маленков просидел все заседание молча, сурово хмурился, стремясь показать всем своим видом важность миссии, с которой он прибыл. Никита Сергеевич на заседание опоздал, так как был на заводе "Баррикады". Он, как обычно, много и колоритно рассказывал о своих встречах с рабочими, техниками и инженерами.
Александр Михайлович особо выделил значение устойчивости обороны плацдарма, занимаемого за Доном армией генерала Крюченкина, потребовав усилить ее танками, артиллерией и минировать подступы к ней. Василевский рекомендовал также всемерно упрочить оборону в полосе 62-й армии. Наши мероприятия он в основном одобрил.