Парамонов был уверен, что таким волшебным свойством превращать любую гадость в блюдо обладает только кетчуп, но не стал возникать со своим вариантом. Он был уверен, что в этой реальности, ему проще будет дозвониться до Иосифа Виссарионыча, чем найти означенный томатный соус. Все были предупреждены, что обед не намечается, а ужин будет только у тех, кто доживет до вечера и при этом найдет что-нибудь съестное. Общество любителей природы постепенно превращалось в первобытное общество охотников и собирателей с винтовками.
Уйдя с места прошлой стоянки, дальше телега, влекомая лошадью, была направлена по той же лесной дороге, по которой двигались до этого. Для повышения уровня доверия между транспортным средством и коллективом, было решено дать лошадке имя. Недолгие споры родили всех устраивающий вариант — Дуняша. Видимо это имя было навеяно её привычкой дуть ноздрями, а не всхрапывать, как другие кони. А еще она отличалась покладистым норовом и тихим звуком. Александр во всяком случае был уверен, что прочая лошадиная живность издает их не в пример больше.
Во избежание сюрпризов было назначено боевое охранение, хотя какое там боевое, какой охранение? Так, пацаны на атасе. Первым по дороге шествовал рыжий Генка, его задачей было идти с беспечным видом и не как не показывать, какой он грозный и умелый разведчик. Через сорок метров за ним крался Мишка, который в случае встречи своего друга с кем угодно, был обязан бежать до основной группы туристов и уведомлять их о посторонних на дороге.
— Дайте мне хотя бы винтовку! Чего я как не знаю кто без оружия в разведку пойду!
— Гена, твоё оружие сейчас — твоя наблюдательность и умение притвориться. Потеряшка, заблудившийся после бомбёжки, отбившийся от лагеря. Ты не должен никого напугать своим героическим видом, не подсказать, что за тобой мы. Понятно?
— Да, дядь Саш. А хоть кинжал дашь?
— Вещмешок дам с портянками и луковицей. Чтоб поверили, что ты так и слоняешься. Боле ничего. Но если ты не согласен — иди куда глаза глядят. У нас всё по доброй воле.
— Дядь Саш, а если Генка наших встретит, что делать?
— Неважно, кого он встретит. Вот ты на глаз отличишь настоящих наших от вражеских диверсантов в красноармейской форме?
— Конечно! Они же разговаривать будут на немецком.
— Может и так статься. Если враг глуп как пробка. А еще вопрос: как ты отличишь героических красноармейцев от дезертиров? Как различить отступающих бойцов от драпающих?
— Красноармейцы не драпают. Дядь Вась, скажите!
— Нешто я твоей глупости буду потакать? Все драпают, в каждой армии есть такое. В армию кого забирают? Людей. А люди, они разные. Мотай на ус, племянник! — От крестьянина такую философскую сентенцию слышать было непривычно.
Парни всех взрослых как начали звать дяденьками, так и продолжили. Так сам Парамонов категорически звать их товарищами Такими-то. Мол, у нас тут всё понарошку, мы и без фамилий как-нибудь обойдемся. Взрослые мужики только похмыкивали в отрастающие усы да бороды, мальцы были вынуждены принять всё как есть.
Небоевое охранение не сработало, просто до выхода на поле никого так и не встретили. Видимо, повезло с выбранной дорогой, не чести она у населения. Парамонов даже не был уверен, что она есть на каких-нибудь приличных картах, уж больно неказистая. Выйдя из леса, он не удержался от декламации: «И вот нашли больше поле. Есть разгуляться где на воле. Построили редут» поле было и вправду большое, по меркам горожанина так точно. Не от горизонта до горизонта, но приличное. Оно разделялось дорогой надвое, но всё равно смотрелось как одно целое.
— Трактором обрабатывали, — весомо изрек Алексей.
— Вестимо, трактором, — согласился Василий. — Машинно-тракторная станция где-то у них есть. Повезло колгоспу. Этак сколько бульбы можно вырастить.
Парамонов присмотрелся, а ведь точно картошка! Картошка — это здорово, картошка даже лучше хлеба. Особенно, если хлеб в виде необмолоченного поля.
— Так граждане любители природы, слушай задачу! Сейчас трое с винтовками расходятся по сторонам, куда назначу. А двое без винтовок берут лопаты и копают картошку.
— Дядь Саш, а давайте мы с винтовками караулить будем! — Кто бы удивлялся, рыжий опять за своё.
— Ты еще ремня не получил за то, что вчера на меня оружие навел, гаврик. Так что имей в виду, меня надо убедить в твоей пользе для общества. И второй, как наберем два мешка картошки, займемся пристрелкой оружия. Все. И два олуха тоже.