Мирослава же, как пиявка, прилипла к нему, совершенно не желая выпускать из своих маленьких цепких ручонок. То в перерывах на обед мимо пройдёт и потрется об него, то в курилку с ним летит на всех порах, то на парковке лбами столкнуться.
Совпадение?
Ага, как же…
Скорее твердолобость и отсутвтие гордости у одной юной особы.
Шумов же скрежетал зубами и нервно цокал, как только на глаза попадалась макушка пиявки, но сделать увы ничего не мог, только если поговорить. Он даже в серьез подумывал о том, чтобы уволить Миру, однако эта идея рассыпалась в прах. Потому что тогда Андрей поступит с ней не по-мужски. Да и оснований как таковых не имелось за пазухой.
Ближе к концу недели Андрей решился зайти к шефу. Сказал, что готов использовать свое «желание» в замен на ремонт у себя в кабинете.
Прокопич лишь довольно отмахнулся, отмечая, что ещё легко отделался. Другой бы мог попросить увеличения зарплаты или выплату премии, а так деньги по сути останутся при администрации, тем более, что ремонт в том кабинете Виктор Прокопич давненько думал сделать, а тут такой вариант подвернулся. Грех не воспользоваться.
Лере также не везло с бывшим в тот ясный понедельник. В конце рабочего дня на выходе она обнаружила Быстрова у дверей её художественной школы, от чего хотелось буквально взвыть. Собственно, что она и сделала, не стараясь скрыть и толику негодования от бывшего мужа.
Влад встречал её с букетом фиолетовых эустом и двумя чашками какао в руках на вынос.
— Привет! — он шагнул ей на встречу, протянул новый букет и обворажительно улыбнулся, как делал это миллион раз прежде. Сейчас же эта улыбка таких трепетных чувств в Валерии не вызывала, сердце не ускорялось в бешеном танце, а мозги не плавились из-за выработки дофамина.
Одним словом — пустота.
— Что ты здесь делаешь, Влад? — устало вздохнула она, даже не поприветствовав в ответ. Но цветы приняла. Они же ни в чем не виноваты.
— А где здрасти, Валерия Олеговна? — он попытался её обнять, но Лера упорно сохранила дистанцию.
— Здрасти! Че тебе надобно, старче? — сыронизировала она, угощаясь тёплым какао с маршмеллоу.
— Хотел увидеться и поговорить без лишних ушей. — Влад говорил слишком приторно, что настораживало Леру. Поэтому по инерции она сделала два шага назад от бывшего мужа. — На тему? — какао оказался достаточно вкусным, согревающим, поэтому Богатырева смело отхлебнула ещё.
— Вернись ко мне! — вот так с ходу начал он, словно в омут нырнул не раздумывая. — Да, я дурак. И страшно виноват перед тобой, родная. Попробуем все начать сначала, а если не получится, можем остаться друзьями. Всё же мы общаемся в одной компании, было бы не разумно заставлять их выбирать. — Влад говорил спокойно и по факту, однако, время и шансы к примирению и воссоединению уже безвозвратно ушли.
— Нет, я больше тебя не люблю. И зачем начинать сначала? Лучше уже точно не будет. — В голове у Леры вертелось множество слов и мыслей. Она думала как сделать так, чтобы отвадить от себя бывшего побыстрее и при этом попытаться не обидеть? — Брось, друзьями мы перестали быть, когда ты меня впервые поцеловал. Сейчас мы просто бывшие.
— Да к чему эти ярлыки? — Быстров переминался с ноги на ногу. Теперь он оказался в роли того человека, что хотел наладить отношения. Раньше этим человеком была Лера. Какая ирония… — Между нами ведь и хорошее тоже было.
— Было, да как говорится, сплыло. Дальше то что? — держа оборону, не сдавалась она.
— Я люблю тебя, Лер! Правда! Сильно! Я безумно скучаю. — предпринял крайнюю попытку Быстров, но Лера уже не была той семнадцатилетней девчонкой, что нацепила на нос розовые очки, заглядывая в рот возлюбленному.
— Какой же ты все-таки эгоист! Только о себе и думаешь, Быстров. А ещё врешь на каждом шагу. Ты уж определись, дружить ты хочешь или встречаться. Нихрена ты не изменился, Быстров. Тебе совсем не интересно, чего хочу я? А я хочу, чтобы ты ушёл с моего пути.
— Изменился. Я уволился, Лер, ради тебя. Буду работать в городе. Мы сможем чаще видеться.
— Вот уж дудки! Я на такое не подписывалась! Сейчас я об этом тебя не просила. Ложка к обеду хороша, Влад. Я просила, буквально кричала о помощи тогда. Тебя постоянно не было дома, когда ты был нужем мне. Теперь же…Мы развелись и разошлись, как в море корабли. Хочешь дружить, хорошо, в компании будем, но парой — уволь. Как мужчина ты мне больше не интересен. — сухо, резко, доходчиво. Ну а как ещё? Ходить вокруг да около что ли?