Лера вообще достаточно сложно отпускала обиду ещё с младенчества. Как говорится, характер родился вперёд неё. Ничего не может с собой поделать и все. Особенно если обида затаилась на близкого человека, ведь они бьют куда сильнее, им даже метиться не обязательно, нежели кто-то другой. И судя по всему, к Шуму девушка точно не осталась равнодушной. Хватило лишь взгляда на него, чтобы в груди образовалась сосущая пустота……Эээм…Ладно, лучше не будем о сосущем.
Глаза запекло от невыплаканных и обжигающих слёз, а настроение в раз ухудшилось, отдавая пульсирующей болью в висках.
Весь вчерашний чизкейк насмарку! А он, между прочим, оказался невероятно вкусным. Воздушным, нежнейшим, свежайшим. Прослойка с малиной показалась Лере по-летнему вкусной, будто ягоду только собрали с куста, обработали и тут же добавили в десерт. От такой вкуснятины рецепторы во рту словно взрывались мини салютами, а если ещё это дело запить травяным чаем… ммм… ложку можно проглотить. Шумов стряхнул с себя мокрый снег, аккуратно оббил обувь, чтобы как можно меньше оставлять грязных следов. И провел широкой ладонью по волосам, стряхивая оставшиеся снежинки.
Его всегда удивляло, как при такой погоде в художественной школе девчонок остаётся идеальная чистота?
Неужели уборщица протирает пол после каждого посетителя?
Заметив расстроенный взгляд Леры, Андрей встрепенулся и бодрым шагом направился к ней.
— Доброе утро! — с улыбкой сказал мужчина, рассматривая хмурую Богатыреву.
Да, он определённо храбрился, показательно пребывал в хорошем настроение, однако внутри царила безжалостная буря.
Он понимал, что Лера, возможно, не захочет его прощать. Хотя с другой стороны надеялся на её рассудительность и адекватность. Ведь он в данной ситуации был практически не виноват. Главное только ей сразу об этом не рассказывать.
— Ой ли? — фыркнула Лера, отпивая чай, который уже не казался таким вкусным.
— Лер, я…
— Шумов, меня абсолютно не интересует, что ты хочешь сказать. Сегодня у меня валом работы, давай просто закончим. Скоро ко мне подойдут на занятие.
М-да… с адекватностью и рассудительностью он точно поторопился. Но с другой стороны, если она злится, значит точно что-то чувствует к нему. А это уже хорошо.
Как говорится, от ненависти до любви один шаг.
Или там по другому говорится…
Ай, да не важно!
— Спешу тебя обрадовать. — показательно развёл руками Шум. — ты сегодня в полном моём распоряжении.
Богатыревой от такой широкой улыбки Андрея, захотелось его укусить.
— Чего? Случайно головой не ударился, когда сюда ехал? Или может тебя в детстве головой вниз уронили?
— А вот это уже обидно, Тучка. — буркнул кисло мужчина. — Посмотри на почте логин человека, который оплатил все твои персональные уроки.
Она с недоверием взяла в руки планшет со стойки у входа, быстро ввела пароль, зашла на почту и «ахнула» от недовольства.
Какого, мать её черта, она не додумалась посмотреть это дома с компьютера?
И сейчас ведь уже не сможет ему отказать.
Или сможет?
— А если я откажусь? — её темно-синие глаза недобро сверкнули, а бровь криво изогнулась.
— Как хочешь, но от моего общества тебя это не избавит.
Богатырева ещё пару секунд напряжённо разглядывала Андрея, пытаясь мысленно свернуть ему шею, а затем резко выдохнула и ответила:
— Лааадно… пошли, — но в последний момент обернулась к нему лицом, выставив угрожающе указательный палец в его сторону. — но предупреждаю, разговоры только по делу, никаких таких порывов, переходящих на личные темы. Если замечу хоть одно поползновение твоего языка или рук в мою сторону, утоплю тебя в краске, и суд меня оправдает! Скажу, что находилась в состоянии аффекта.
Андрей по-доброму рассмеялся, поднимая руки вверх, капитулируя.
— Я поробую.
— Никаких «попробую», Шумов! Надеюсь, что ты меня понял.
Удивительно, но он и правда молчал, старательно выполняя задание, будто давал ей время остыть и подумать.
Шумов выбрал «Штормовое небо» для первого урока.
Конечно не самое лёгкое, что можно написать на холсте, однако новичкам хаотичные мазки удаются проще, чем чёткие линии. Да и цвет в палитре проще подобрать и смешать, ведь в картине по большей части преобладал синий с чёрный, местами голубой. Даже белый и зелёный попадался.
Лера по началу вся сжалась, ощущая неприятное напряжение в области шеи, но в течение третьего часа работы начала расслабляться. Она не понимала, что такому мужчине как Шумов действительно от неё нужно.