В целом, все было лучше, чем казалось на первый взгляд, однако на шее Леры отчетливо просматривался красный след от ладони бывшего мужа.
— Блядь! Идиот хренов! Руки он блядь распустил, паскуда такая! — бубнила она себе под нос проделывая нехитрые манипуляции с подругой.
Им всем сейчас несказанно повезло, что Инна училась в мед институте, хоть и отдала предпочтение стоматологии, но оказывать первую помощь умела, за что благодарила своего дотошного старого преподавателя за настойчивость посещения его практикумов.
Лера до сих пор находилась без сознания из-за шокового состояния и гипоксии.
— Вот, держи. — Саныч передал ей холодное полотенце, которое Инна обернула вокруг травмированной шей. — И телефон. Яна сказала, что не может на это смотреть. А для чего тебе полотенце?
— Ещё бы. Зрелище не для слабонервных. — рыкнула блондинка. — Полотенце для того, чтобы немного снять отёк с гортани, оно, конечно, её не вылечит, но свое дело сделает. Итак, Саныч, слушай меня, внимательно. Сейчас мы с тобой занесем Леру в спальню, а потом я вернусь осмотреть Влада, надеюсь этот ублюдок не сдохнет, Шумов к нему качественно приложился.
Саныч виновато осмотрел Леру, а потом кинул быстрый взгляд на истекающего кровью друга, помотал головой и уже хотел что-то сказать, но Михеева его перебила.
— Молчи, блядь! Ни слова не говори, понял! Что ты хотел доказать, когда позвал его отмечать новый год с нами? Ещё и коньяка подливал постоянно! Забыл, как он тебе нос расквасил на моем дне рождении?
— Тогда он за дело мне врезал.
— Ага, а Лерке он тоже за дело или для профилактики?
— Извини. — понуро ответил мужчина.
— В жопу свои извинения засунь. Не передо мной надо извиняться.
Они бережно уложили Богатыреву на кровать. А Шумов в это время оббивал порог комнаты с мокрыми глазами глядя на свою Тучку, а когда друзья удалились из спальни, полетел к ней, прижимая кисть девушки к своим губам в поцелуе.
— Я рядом, душа моя, рядом! Прости меня… Все будет хорошо, все будет хорошо, я обещаю! — как мантру повторял Шумов.
— Родная, что нам делать!? — растерянно спросил Стас у жены в это время в гостиной.
— Воробью хуй приделать! — рыкнула Инна.
— Может скорую? — Саныч неуверенно почесал затылок, затравленно поглядывая на Михееву.
— Ага, конечно, 1-го января они прям приедут за 5минут! Губу закатай. Сейчас позвоню своей знакомой, повезём Леру к ней в больницу. Но предупреждаю, у неё возникнут вопросы, и Влада я отмазывать не стану. Там задокументируем все причинённые травмы, если Лера захочет подать заявление на Быстрова.
— Инн, посмотри и его, а то и правда вдруг ласты склеит. — ответил Стас.
— Ага пусть только попробует! Я ему потом сама его ласты склею! Такие сволочи просто так не дохнут. — она развернулась и бубня под нос: «черте что!», удалилась на балкон.
Самой трезвой из друзей оказалась Янка, она лишь чутка пригубила шампанского и вина, а ситуация на балконе её до конца отрезвила.
Инна, пользуясь связями, договорилась положить Леру в больницу к знакомой.
Взрослая женщина лет 45 на вид, внешне очень ухоженная и достаточно упитанная, с копной рыжих лисих волос и металлическим оттенком глаз, оказалась заведующей хирургического отделения в частной больнице города.
Она скрупулёзно осмотрела Богатыреву в одной из смотровых кабинетов, затем взяла несколько анализов крови, задокументировала ссадины на шее, поставила капельницу с витаминами и физраствором.
Леру определили на три дня в шикарную платную палату на втором этаже клиники со всеми удобствами, огромной двуспальной кроватью и видом на ещё спящий город. Шумов, конечно же, остался с ней, несмотря на все возражения Тамары Владимировны, врача Леры.
Михеев предусмотрительно забрал ключи у Андрея, обещая чуть позже привезти им с Лерой одежду и немного еды.
Тамара Владимировна также осмотрела сникшего Быстрова, который тяжело дышал через рот из-за сломанного носа. Глаза от лиловых синяков и нависших век превратились в маленькие бусинки, светлые волосы местами поменяли цвет из-за спекшейся крови, но заведующая заверила, что жить этот поганец будет.
Лера очнулась через пару часов после капельницы, укола успокоительного и порции снотворного.
По ощущениям показалось, будто вместо горла у неё была маленькая питьевая трубочка. Дыхание давалось невероятно трудно, голова сильно раскалывалась и немного кружилась, тело словно ватой набили, а желудок сводило спазмами.