Где-то на середине чувственного скольжения языка на задворках сновидения забрезжила тень понимания. Девушка отринула ее, не желая просыпаться, и позволила языку Стерлинга затянуть ее обратно к сладостным выпадам. Поцелуй был глубокий, страстный поцелуй, который, хотелось ей думать, заключал в себе его любовь.
Бекка выгнулась навстречу его бедрам, пальцы пробежались по мощной челюсти, жесткая щетина эротично покалывала нежную кожу. Вторую ладонь, что упиралась в мускулистую грудь, дразнили упругие пружинистые волоски. Но свет предвещал беду, и где-то в отдалении зазвенел звоночек, проникая сквозь стоны, которые, поняла девушка, были ее собственными. Пиликанье отрикошетило от разума и растворилось в наслаждении, доставляемом его языком. И снова раздался гудок. Довольно громкий, что тут же привело Бекку в чувство.
Руки прижимаются к груди Стерлинга — то есть пригрезившейся версии Стерлинга… Она сглотнула, когда видение отчего-то залил свет, потом заморгала, глядя на собственную руку, лежащую на самой настоящей горе мускулов, припорошенной светлыми волосками. Ее бедра оседлали его… и к сочащейся влагой сердцевине прижимается интересная выпуклость его эрекции.
Ее взгляд пополз вверх и уперся в такой родной бирюзовый с прозеленью взор. Знакомые глаза на точеных чертах лица и взъерошенные волосы. Плюс крайне сексуальная ямочка в центре подбородка, которую она, судя по воспоминаниям, покрывала поцелуями. О боже. Это и вправду он. Она же верхом на Стерлинге.
— Я что, не сплю? — шепотом уточнила девушка.
— Мои ощущения весьма реалистичны, — поддакнул Стерлинг.
В горле пересохло, а взгляд принялся изучать ободранные голубые обои на стенах и настолько же поцарапанную тумбочку — явно не предел ее мечтаний. Она находилась в дешевом мотеле да еще тупо развалилась на мужчине, причем совершенно не помнит, каким образом это произошло. Бекка рискнула было сползти со Стерлинга, как вдруг оказалась опрокинутой навзничь и придавленной сверху его мощным телом.
— Легче, милая. — Его грубоватый баритон распространился вдоль позвоночника, плавя члены, невзирая на ее сопротивление. — Без понятия, что произошло, я только успел заметить неожиданное осознание и мгновенную панику в твоих глазах. Мы спали, когда…
— Почему мы оказались в постели? — спросила Бекка, и тут в сознании краткими вспышками начали наслаиваться изображения. «Склад». Не постель. — Как мы оказались вместе в этом паршивом мотеле?
Телефон, съехав по тумбочке, шлепнулся на пол. Бекка подскочила, адреналин пронзил ее не столько из-за грохота, сколько от осознания, что это она его вызвала. Нахлынули воспоминания о лаборатории. Мильтон испустил дух, они его убили. Бекку разрывали эмоции. Висевшая у кровати картина с цветами закачалась и свалилась со стены. Девушку била дрожь, в лоб вонзились невидимые иглы. Справа от нее попадали на пол выцветшие картинки с изображением Лас-Вегаса.
Стерлинг выгнул бровь.
— Кроме перемещения предметов силой мысли и «усыпления» джитэков, есть что-то еще, о чем мне стоит знать?
Ее захлестнули следующие воспоминания. «Бесчувственные солдаты в лаборатории». Смена изображения: склад и перед ней возвышается Стерлинг, закрывая собой и угрожая оружием отряду враждебных зодиусов. Они свалились без чувств, а Стерлинг — нет. Он не похож на остальных джитэков, но и не человек. Бекка понятия не имела, что он, помимо того, что Стерлинг — тот, кто сводил ее с ума.
— Ты не вырубился. — Девушка задрыгалась, отпихивая его и левой, и правой рукой, шлепая по каменно твердой, а еще обнаженной, излишне роскошной груди. — Пусти меня!
— Не имею понятия, почему я не свалился без сознания, когда всех остальных ты лишила сознания. — Он сковал ее запястья, без труда удерживая. — Бекка, почему то, что я устоял, в отличие от прочих джитэков, тебя так взволновало? Ведь, не произойди этого, ты сейчас была бы мертвой или же в лапах Адама, а не рядом со мной.
— Вместо этого я очутилась в дешевом мотеле, причем совершенно не помню, как сюда попала! — От него так приятно пахло. И ощущать его чудесно. Но Стерлинг опасен. Бекка знала, что он за Адама — своего босса и друга.
— Зато живая, — заметил он.
— Потому что нужна тебе, — парировала девушка. — Потому что нужна Адаму. Он джитэк. И Адам джитэк. Все это опасно, ведь параллельная цель Адама — уничтожить человечество. А Стерлинг всякий раз, когда Адам открывает на нее охоту, прикрывается очарованием и обольщением и пудрит ей мозги.