Зейнеп с трудом нашла предлог покинуть выставку, сбежала от Бурака, и от Него. Случайная встреча измотала настолько, что ноги не держали. Поймала такси и вернулась в свою небольшую квартирку. Ее вполне устраивало это жилище. Мама с отцом снимали дом, Зейнеп изредка гостила у них. А ей хватало скромной квартиры, две комнаты и маленькая кухонька. И балкон. Она все так же любила балконы, в любую погоду могла подолгу сидеть на стуле, обняв колени руками и глядя вдаль.
Зейнеп закрыла дверь прислонилась к ней спиной. Прикрыла глаза и вновь перед ней стоял ОН, во всей красе. Почти такой же, как на снимках в газете. Возмужавший, посуровевший. Глаза только стали тусклые, в них больше не пляшут огоньки-чертики. Но руки такие же горячие, такие же сильные, от их прикосновений внутри все дрожит и плавится по прежнему. Она прошла в комнату, бросив сумку и сапожки в коридоре. Села на диван и зябко обхватила плечи руками. Так надеялась, что Стамбул велик, и им не придется снова пересечься. Все таки слишком разные сферы. Он хозяин Сайер-холдинга, она обычный менеджер. Сейчас работает с Бураком, помогая ему раскрутиться. Это ведь она устроила эту выставку, будь она трижды неладна....
Зейнеп поднялась, рывком распахнула балкон и вдохнула холод осеннего вечера. Вот прошлое и настигло тебя, невесело посмеялась сама с собой девушка. Неожиданно ощутила настойчивую потребность выйти.
Шла по улицам, не зная, куда, плавая в воспоминаниях, накатывающих подобно волнам Босфора. Стоило прийти на ум этому сравнению, и она поняла, куда рвется душа. Шла вдоль набережной, мимо лавочек, слушая пролив. Он волновался, ворчал, нападал рядами волн на берег, и откатывался вновь. Небо хмурилось, низкое, в темных дождевых тучах, ночь дышала преддверием дождя. Зейнеп вдыхала соленый воздух полной грудью. Второй раз за один день она приходит сюда. Но теперь прошлое встало перед ней в полный рост, оживляя воспоминания, превращая их из потускневших картинок в яркие, объемные, почти осязаемые. Сердце отзывалось тонкой, звенящей, как натянутая струна, болью. Не отпускает, с отчаянием подумала девушка. Не отпускает несбывшееся, не могу забыть... Почти подойдя к той самой лавочке, Зейнеп остановилась. На лавочке сидела темная фигура. И она точно знала, кто это. Медленно, осторожно ступая, словно под ногами лед и он может треснуть, Зейнеп подошла. Тихо опустилась рядом. Мужчина не повернулся к ней, но она знала, он видит ее. Как всегда.
-Как ты? Ты... Изменилась. - и голос все тот же, мягкий, обволакивающий.
-Наверно, -она пожала плечами, глядя в море, пытаясь не обращать внимания на то, как внутри отзвался один лишь звук его голоса. И через паузу продолжила:- Ты тоже.
-Ты... Счастлива? - он сидел, опираясь локтями о колени, опустив кисти рук, взгляд блуждал где то вдали.
- Не знаю... - она повернулась к нему лицом.- Я даже не знаю, зачем я пришла. И почему сюда.
-Знаешь,- он тоже повернул к ней голову, пытаясь поймать отголосок чувств в глазах. -Я звал тебя, поэтому ты здесь. Ты ведь тоже не забыла...
-Я забыла тебя, - упрямо отвернула голову, гордо вскинув подбородок.
Он усмехнулся покачав головой.
-Все такая же упрямая. Я соскучился по твоему упрямству. Ты здесь, потому что еще любишь меня.
Зейнеп вскочила, не в силах слушать его дальше.
-Все тот же самоуверенный Керем Сайер! Спасибо, что напомнил. Мне пора.- она повернулась было, чтобы уйти, но он вскочил, схватил за руку, останавливая и заставляя повернуться. Она обернулась, попадая в плен зеленых глаз. Двое замерли, не чувствуя холода осени. И, словно по заказу, словно весь мир сговорился напомнить этим двоим о прошлом, на Стамбул упали первые капли дождя, холодные, они стучали о землю все чаще. Керем поднял голову, ловя лицом капли, и попробовал еще раз.
-Не уходи. Я... Я тебя не смог забыть.
Но Зейнеп вскинулась, сбрасывая оцепенение.
-Мне то что? Ты ошибаешься! Я тебя забыла! Слышишь?! Пусти меня! И убирайся! Не смей приближаться ко мне!
Керем только покачал головой.
-Все повторяется, видишь? Снова дождь. Но теперь ты кричишь мне 'уходи'. И так же, как я когда то, ты кричишь это себе, красивая моя.
Зейнеп качала головой, по лицу стекали капли и она сама не понимала, дождь это или слезы
-Нет... Нет!!! Я не твоя!! Я тебя... Ненавижу, слышишь?- она почти кричала, ее трясло, то ли от холода, то ли от желания доказать, что говорит правду.
Керем шагнул к ней, это 'ненавижу' спустило стопор, которым он сдерживал себя. Он рывком притянул ее, дрожащую, к себе, и накрыл губы жадным, лихорадочным поцелуем, с легкостью преодолев слабое сопротивление, а стоило ему скользнуть языком по нижней губе девушки, как она со стоном ответила. Керем растворялся в ней, сходя с ума от желания большего, от сладости губ. Прижимал ее к себе так, что казалось, хочет вплавить ее в себя. Пил ее губы, отчаянно вбирал в себя ее запах, ощущение тела, прижатого к своему, чувствуя, как зарастают многолетние раны, как оживает он сам. Нехотя оторвался от таких желанных губ, когда в легких закончился воздух. Но из рук не выпустил, он все так же прижимал ее к себе. Зейнеп медленно открыла глаза, пытаясь сбросить наваждение. Еще несколько секунд она смотрела в родные глаза, а потом размахнулась, и от души припечатала пощечину.
-Не. Смей. Меня. Целовать. - процедила девушка. - Руки убрал!
Керем послушно разжал руки и она отпрянула на несколько шагов.
-Теперь ты убежишь? Мы пойдем по новому кругу? Ты моя, и знаешь это.
Зейнеп покачала головой, медленно, шаг за шагом отступая от него. Сайер больше не пытался удержать, так и стоял, опустив руки, провожая ее взглядом.