Глава 1
Шторм.
Тихий рассвет перед бурей
Субботний рассвет над Должанской косой занимался лениво и неохотно, будто само солнце не желало вступать в свои права и вновь раскалять этот узкий язык суши, втиснутый между Азовским морем и Таганрогским заливом. Было уже за семь утра, но духота к этому часу стояла невыносимая. Воздух, густой и влажный, казался осязаемым. Он лип к коже, забивался в легкие, заставляя дышать с трудом.
Слабый бриз, доносившийся со стороны моря, совсем не приносил облегчения, а лишь лениво шевелил верхушки камыша и тканевые стенки бесчисленных палаток. Море лежало гладким, почти зеркальным полотном, отражая чистое, выцветающее небо.
Денис проснулся уже с час назад. Сначала его разбудила именно эта всепроникающая духота, превратившая заднее сиденье отцовского внедорожника в подобие финской сауны, а потом доконали проклятые комары. Мелкие, назойливые твари, умудрявшиеся находить малейшие щели в противомоскитной сетке, которую он предусмотрительно натянул на приоткрытое окно. Парень еще немного поворочался, пытаясь вновь провалиться в сон, но тщетно. Тело ныло от неудобной позы, а в голове уже прочно засела мысль о прохладной газировке.
Выбравшись из машины, он на мгновение зажмурился от уже набравшего силу света. Палатка родителей стояла рядом. Ее вход был плотно застегнут на молнию. Они вчера засиделись допоздна с соседями по лагерю, жарили шашлыки, пили вино и тихонько пели под гитару. Денис не стал им мешать, предпочтя общество своего смартфона и относительную уединенность в автомобиле. Романтика дикого отдыха, как называли это родители, его не слишком прельщала. Для них, вспоминавших свою молодость, это было приключением. Для него, неделей без нормального душа, с туалетом в кустах и вездесущим песком.
Парень, одетый лишь в цветные плавки, прошел к небольшому раскладному столику. Поднял крышку с эмалированной кастрюли, оставшейся с вечера. Запах вчерашнего праздника, маринада, дыма и жареного мяса, все еще витал над ней. Он порылся пальцем в остывших кусках, выудил один, с аппетитной полоской зажаренного жирка, и принялся медленно жевать. Холодный шашлык был, конечно, не так хорош, как горячий, с пылу с жару, но на голодный желудок казался деликатесом. Он отыскал полупустую двухлитровую бутылку с дешевым лимонадом, открутил крышку и жадно припал к горлышку, чувствуя, как сладкие, колючие пузырьки приятно царапают горло.
Утолив первый голод и жажду, парень уселся на раскладной стульчик и принялся за свое любимое занятие, разглядывать людей. В свои семнадцать лет он, как и большинство его сверстников, был озабочен лишь одним женским полом. Их телами, их движениями, их голосами. Собственной девушки у него пока не было, что служило источником постоянной, глухой тоски и заставляло воображение и руку работать на полную мощность.
«Да у тебя спермотаксикоз», — вспомнил он слова Лёхи, своего дружбана.
Может оно и было так, но что парень мог поделать? Возраст и всё такое…
Взгляд заскользил по берегу. Сначала налево, в сторону основания косы, где виднелись крыши капитальных баз отдыха и скопление людей было особенно плотным. Затем направо, к самому краю, к тому месту, где море встречалось с заливом в вечном, неспокойном водовороте. Но его интересовал не пейзаж. Его интересовали они. Женщины и девушки, уже успевшие занять лучшие места у кромки воды.
Коса, казалось, была забита до отказа. Тысячи отдыхающих создавали непрерывный гул, состоявший из детского визга, смеха, обрывков фраз и музыки, доносившейся из десятков источников. Десятки, если не сотни автомобилей, от стареньких «Жигулей» до блестящих на солнце микроавтобусов и внедорожников, как у его отца, были припаркованы прямо на песке, почти у самой воды. Уже работали многочисленные кафе и шашлычные, источая дразнящие ароматы. Точки проката выставили свои пестрые гидроциклы, «бананы» и «таблетки». Жизнь кипела.
Взгляд Дениса выхватил из толпы фигуру. Блондинка. Лет двадцати пяти на вид, не больше. Она сидела на белом шезлонге, спиной к нему, и очень медленно, даже как-то театрально, наносила на плечи и спину крем для загара. Спина той была идеально прямой, плечи узкими, а талия тонкой. Но главное, что приковало его внимание, это ее грудь. Даже со спины было видно, как она выдается вперед, когда девушка слегка наклонялась, зачерпывая очередную порцию крема. Денис представил ее лицо, которое, несомненно, было прекрасным, и эти самые груди, упругие, с острыми, торчащими сосками. Он представил, как они выглядели бы без тонкой ткани леопардового бикини. Парень невольно зажмурился, ощущая, как по телу пробегает горячая волна. Ему до боли захотелось оказаться рядом, взять из ее рук тюбик с кремом и самому прикоснуться к шелковистой коже, ощутить тепло под своими пальцами.