— А она так красиво переливается разными цветами из-за яда? — поинтересовался Хан, когда лёд на горе действительно начал переливаться разными цветами из-за лучиков Солнца.
— Ага, будет хреново, когда лёд растает. Тут все будет отравлено.
— Кстати, надеюсь тут никто не попробует жёлтый, фиолетовый и прочие виды снега! Отравится сразу же. Ха-ха-ха!
Общая картина горы действительно напоминала какой-то микс мороженого. Надеюсь, Большой Мамочке захочется здесь попробовать что-то на вкус и она отправиться прямиком в ад. Нья-ха-ха-ха!
— Итак, Цезарь, Моне, мы почти выполнили свою часть сделки. Теперь уже вы должны нам помочь взять штурмом главный остров Большой Мамочки. Ну, или отвлечь большую часть народа, пока мы занимаемся тем, что крадем некоторые данные у Мамочки…
— То есть объявлять войну Енко не обязательно? Можно просто её отвлечь?
— Ну, да… Но этот вариант мне больше нравится, чем с отвлечением внимания… Хотя второй вариант не предполагает скоропостижной гибели. Наверное, это его единственный плюс.
— К черту твоё не нравится, Эйглис. Каким образом можно отвлечь Шарлотту Линлин и избежать даже возможной гибели?
— Тебе придётся выйти за одну из её дочерей… Или сыновей. Прости, я не знаю, какие именно вкусы у безумных учёных. Моне отказалась сплетничать на эту тему…
— Моне! Ты сплетничала обо мне с Эйглисом?! Не девочками, а именно с ним? Что ты ему рассказала?
— Ромео-сан был таким обходительным, что я не смогла удержаться. Прости меня Цезарь. Фу-фу-фу-фу! — засмеялась Моне под конец, прикрыв свои рот ладошкой и сверкнув очками.
«Уважаемая Енко, пару лет назад я отверг ваше щедрое предложение о браке. Теперь мне стало понятно, каким же глупцом я был в те времена, поэтому хочу исправить это недоразумение и накрепко связать наши команды. До сих пор считаю, что не достоин ваших дочерей и из-за этого не смогу на них жениться. Но в моей команде есть прекрасная кандидатура в мужья вашим чудесным девочкам. Речь идёт о величайшем ученом современности <s>единственном лохе, который согласился на это</s> и довольно сильном воине, отличным пользователе дьявольского фрукта, прекрасном, неподражаемом… *Две страницы восхваления спустя* Цезаре Клауне! Надеюсь, вы ответите согласием на моё предложение о браке.
С уважением Ромео «Шторм» Эйглис»
Через две недели нам пришёл положительный ответ. Мы успели прикупить подарок для Енко и приодеть Клауна, чтобы тот смотрелся более солидно. Во время прибытия на остров и швартовки, я ощущал сильную опасность вокруг себя. Хорошо подготовились. Встречал нас сам Катакури, ещё одна головная боль лично для моей команды.
— Без шуток, Эйглис, или сразу же умрёшь, — угрюмым голосом сказал он мне, — Никто вам тут пока не доверяет, поэтому будет бить сразу же на поражение.
— Конечно-конечно, а где твоя мама? Мне бы хотелось бы переговорить с ней.
— Она ждёт тебя в тронном зале Пирожного Замка. Поторопись. Твоя команда пока останется на корабле.
— Ладненько, проводишь… Зубастик? И я возьму с собой вон ту коробку, — указал я на большую коробку высотой в почти в метр, — В ней небольшой презент Большой Мамочке.
Путь до замка занял минут двадцать. За это время успел понять, что у кого-то совершенно нет вкуса. Тут всё было таким приторно сладким (иногда даже буквально), что зубы сводило от боли. Наверное, единственным для меня плюсом этого места была многонациональность.
Шарлотта действительно собрала тут много представителей разных народов. До этого острова такого я ещё нигде не видел. И это впечатляет, о чём я и сообщил Катакури, пытаясь его немного задобрить. Наконец мы дошли до замка, где нас сразу же провели к Большой Мамочке.
— Ма-ма-ма-ма-ма! Кого же ко мне принесло? Неужели это сам Ромео Эйглис с предложением о браке?
— Да, это я, уважаемый Енко. Примите этот скромный дар, — с этими словами я дёргаю за одну ниточку и коробка раскрывается, показывая всем золотой кулак почти метрового размера, — Я подумал, что это идеальный подарок, чтобы выразить вашу мощь, силу и власть…
— Довольно, Эйглис! Чего именно ты добиваешь?!
— Кхм, понимаете, в последнее время я успел разозлить Кайдо сильнее прежнего, убив его делового партнёра, поэтому теперь ему точно нужна моя голова. Ваша защита могла бы помочь остудить его пыл…
— Так ты желаешь присоединиться в мою команду? И всё? Ма-ма-ма-ма! Неожиданно! Кем же ты себя в ней видишь?