— Мистер Шарп?
— Меня не жди, просто бери своих парней и уходи вправо. Возвращайтесь, когда закончите.
— Есть, сэр! — отозвался Хэгмен.
— Соблюдайте полнейшую тишину, — крикнул Шарп на всю лодку, — но если все полетит к чертям, стреляйте! — Будь он проклят, если потеряет хоть одного человека только ради того, чтобы не шуметь.
Шарп обернулся.
— Биз? Держись рядом со мной.
— Как цемент, — пробормотал Бизби.
Теперь, когда они вышли на широкую реку, казалось, стало странным образом светлее, и Шарп мог различить темные берега по обе стороны. Что еще страннее, он видел маленькие костры, рассыпанные вдоль северного пляжа. Он решил, что они отмечают позиции французских часовых. Он насчитал пять штук, прежде чем река скрылась в южной тьме, но догадался, что на следующем отрезке Адура их должно быть больше. «Что за глупцы, — подумал он, — выдавать свои позиции!» Но он предположил, что пикеты промокли и замерзли, а их офицеры и не подозревают, что Веллингтон интересуется этим эстуарием. Река здесь была куда шире любого понтонного моста, который помнил Шарп. На самом деле он прикинул, что Адур имеет ширину около полумили от берега до берега.
— Чертовски длинный получится мост, — пробормотал он капитану Бизби.
— Считай это четырьмя или пятью короткими мостами, сшитыми вместе, — сказал Бизби, затем встал, чтобы вглядеться вперед. — Мы уже приплыли? — прохрипел он.
— Боцман! — крикнул Кольер. — Сейчас сделаем поворот через фордевинд!
— Поворот через фордевинд, есть, сэр, — отозвался боцман, и матросы бросились к подветренным шкотам.
— Держись, все! — крикнул Кольер, затем толкнул румпель на ветер. Лодка кренилась, паруса с грохотом перелетели на другой борт, и «Давид» внезапно понесся, вспенивая воду, на север к берегу. Кольер разумно решил высадить их между двумя кострами. Шарп смутно видел на берегу три или четыре других шас-маре. «Голиаф» следовал за ними. Несколько ударов сердца Шарп слышал только шипение воды, бурлящей вдоль борта, затем «Давид» ударился о пологий берег, всех качнуло вперед, киль скрежетнул по песку или гальке, и лодка содрогнулась, останавливаясь.
— Добро пожаловать во Францию, — сказал Кольер.
И они сошли на берег.
Шарп спрыгнул с носа «Давида» на берег, который оказался не песком и не галькой, а липкой грязью. Хэгмен и пятеро его людей уже метнулись вправо, чтобы найти и убить часовых, которые, похоже, разожгли маленькие костры из плавника, чтобы хоть как-то скрасить долгие, скучные часы вахты. В Хэгмене Шарп не сомневался. Старый браконьер мог скользить во тьме со скрытностью и свирепостью ласки, а грязь сделает их приближение бесшумным. Не то чтобы ближайшие часовые могли не услышать шум двух выбрасывающихся на берег шас-маре, но Шарп надеялся, что Кольер прав, и пикеты примут их за местные рыбацкие лодки.
— Лейтенант Харрис?
— Сэр?
— Веди своих парней к насыпи. Возьмите лопаты! Держите их с этой стороны, но сам поднимись наверх и посмотри, что на другой стороне. Я скоро вернусь к вам.
— Есть, сэр, — ответил Харрис и выкрикнул приказы по-испански. Драгуны в желтых мундирах двинулись к насыпи и пригнулись.
— Капитан Криттенден за главного, пока я не вернусь сюда, — сказал Шарп Харрису, — и если он прикажет твоим парням копать, пусть копают. Но на самом деле твои молодцы нужны мне для другого, так что держи их поблизости, чтобы я мог вас найти.
— Мы будем здесь, мистер Шарп, — пообещал Харрис.
— Не возражаешь, если я перейду насыпь? — спросил Бизби у Шарпа. Инженер казался повеселевшим теперь, когда выбрался из лодки.
— Я бы предпочел, чтобы ты подождал моего возвращения, — сказал Шарп, но он видел, что капитан Криттенден уже спешит к насыпи, а еще дюжина солдат роты Шарпа спрыгнула на берег с «Голиафа» и теперь стояла на пляже.
— Лейтенант Келлехер!
— Сэр? — Долговязый Келлехер споткнулся о камень, спеша к Шарпу.
Шарп поддержал его.
— Ведите свою дюжину людей к испанцам Харриса. Оставайтесь по эту сторону насыпи, пока я не вернусь.
— Есть, сэр, — отозвался Келлехер, затем повернулся. — Сержант Хендерсон! Ко мне!
— Не слишком громко, — сказал Шарп, — и Харрис знает, что делает, так что дайте ему делать свое дело.
— Да, сэр, — сказал Келлехер, явно недовольный тем, что не имеет власти над «лейтенантом» Харрисом и его испанцами в желтых куртках.
Криттенден уже исчез за насыпью, и Шарп повернулся к Бизби.
— Можешь переходить, Биз, — сказал он, — но возвращайся, если там начнут палить мушкеты. Я не хочу тебя потерять.