— Одна нога здесь, другая там, Чарли.
Шарп снова повернулся к д`Алембору.
— Сомневаюсь, что ублюдки попробуют снова, Питер, а если даже и наберутся решимости, то к нам уже подходят подкрепления. — Он видел два свежих батальона, марширующих к вершине холма. — Но парни сражались хорошо, чертовски хорошо.
— Так и есть, сэр.
— Мы исполнили свой долг, Питер, все мы, разрази нас Господь.
— Как и адмирал, сэр, — с весельем в голосе заметил д`Алембор.
— Сэр Джоэл? — Шарп на мгновение забыл об адмирале. — А что он сделал?
— Сплотил 71-й полк, сэр. Даже раздобыл им где-то волынщика, а потом прибыл Старина Грог Вилли и принял на себя командование.
— Старина Грог был здесь?
— И метал молнии, — отозвался д`Алембор все так же весело.
Стариной Грогом Вилли называли генерал-лейтенанта сэр Уильям Стюарта, воинственного шотландца, которого Шарп помнил еще с первых дней службы стрелком. Стюарт был одним из основателей новых стрелковых полков и сторонником вербовки ирландцев, подобных Харперу, поскольку утверждал, что они обладают врожденной свирепостью, бесценной в бою. Он также считал, что дух его людей нужно укреплять частыми порциями рома. Он был очень популярен в армии.
— Старина Грог повел их вперед, сэр, — продолжил д`Алембор, — и они дрались как тигры.
— Это всегда был хороший полк, — сказал Шарп, — пока не явился этот дурак Пикок.
Он взглянул на 71-й, который, казалось, пострадал не меньше, чем Южный Эссекс, если не больше, и его взгляд зацепился за рыжеволосого солдата.
— Я вернусь через минуту, — бросил он д`Алембору и зашагал к шотландцам. — Ты! — крикнул он человеку, которого заметил. Дюжина солдат обернулась к нему, но он указал на рыжего. — Ты! Ко мне!
Человек, ростом гораздо ниже Шарпа, неохотно подошел к майору, стоявшему в двадцати шагах позади потрепанного батальона.
— Имя? — резко потребовал Шарп.
Солдату пришлось повторить имя трижды, прежде чем Шарп смог разобрать его сквозь густой шотландский акцент.
— Хэмиш Макналти, верно?
— Сэр, — угрюмо подтвердил Макналти.
Сержант, увидев, что к одному из его людей пристал офицер из другого батальона, подошел, чтобы разобраться. Он лихо отдал честь.
— Что-то не так, сэр? — спросил он.
— Ты кто?
— Сержант Бейли, сэр.
— Тогда скажи мне, сержант, каково наказание за попытку убить офицера своего собственного батальона?
Бейли выглядел смущенным, Макналти просто уставился в землю.
— Полагаю, сэр, — медленно ответил Бейли, — это порка. Но, — он запнулся.
— Но? — потребовал Шарп.
— Хэмиш хороший солдат, сэр, — он снова запнулся, — большую часть времени.
— Я думаю, — жестко сказал Шарп, — что за подобное полагается смертный приговор. — Он выждал мгновение, затем заговорил более рассудительно. — Лорд Веллингтон мог бы смягчить приговор, признавая, как хорошо сражался ваш батальон, но опять же, мог бы и не смягчить.
Макналти вдруг обрел дар речи и взмолился к Шарпу, или, по крайней мере, Шарпу показалось, что это мольба, но разобрать слова в дебрях шотландского акцента было трудно.
— Он говорит, сэр, — Бейли почувствовал затруднение Шарпа и попытался перевести, — что он всего лишь пытался почистить свой мушкет, когда тот сам выстрелил.
— Я видел, что он сделал, — сурово сказал Шарп, — и рядовой Макналти должен понимать, что у поступков есть последствия! Ты понимаешь это, Макналти?
Макналти заколебался, затем пробормотал:
— Так точно.
— Сэр, — запротестовал Бейли, — я доложу на мелкого ублюдка майору Коттеру. Оставьте это нам, сэр.
— Рядовой Макналти, — продолжил Шарп, по-прежнему сурово, — допустил очень серьезную оплошность. Очень серьезную, на самом деле! Ты знаешь, в чем твоя оплошность, Макналти?
Макналти пожал плечами, все так же угрюмо, и пробормотал что-то, что Шарп нашел совершенно неразборчивым, но заподозрил, что это вряд ли было адекватным объяснением попытки убить сэра Натаниэля Пикока.
— Твоя оплошность, Макналти, — перебил Шарп, — в том, что ты промахнулся! Надо было влепить пулю ублюдку прямо в задницу!
Пока он говорил, он порылся в патронной сумке и теперь достал толстую серебряную монету, которую протянул коротышке-шотландцу.
— Убей ты этого гада, я бы дал тебе две таких, но это за саму попытку. Молодец, Макналти.
Сержант Бейли видел размер монеты, которая с магической быстротой исчезла в недрах мундира Макналти.
— Сэр? — спросил он с недоверием, словно потеряв дар речи.
— У поступков есть последствия, сержант, — сказал Шарп, — и рядовой Макналти — гордость своего полка, приглядывай за ним.