— Девочка моя, сколько же мы не виделись? Уж и не припомню, — сказал он, и Юлия, для которой последние месяцы были ужасом в чистом виде, с удивлением отметила, что безумно рада видеть этого человека, и даже спросила себя: почему я не искала встречи с ним раньше, не вытащила его куда-нибудь посидеть за кружечкой пива или проехаться на яхте, к примеру, по озеру Ванзее. Но тут же одернула себя — дескать, и к лучшему, потому что в свое время этому взрослому мальчишке ничего не стоило вскружить ей голову. Как, впрочем, доброй паре десятков других ее коллег — и до, и после нее. Тогда он даже поговаривал о свадьбе, однако Юлия — и не без оснований — подозревала, что подобное приходилось слышать от него не ей одной. Ну выйдет она за Франца, и что потом? Ревновать его к каждой встречной? Вскоре на горизонте появился Эрнст, и вопрос за кого выйти — за «Франци», как все называли доктора Виссека, или же за Эрнста, — отпал сам собой.
— Мне нужно попросить тебя об одной вещи, — напрямик заявила она. — Не сомневаюсь, что ты мне поможешь.
Доктор Виссек, взяв ее под руку, потащил куда-то вдоль коридора.
— Ты же знаешь, девочка, ради тебя я готов на все. Пойдем-ка в мою каморку, у меня как раз сейчас выдалась свободная минутка, пропустим с тобой по рюмочке и вспомним старые времена. Хорошие были времена, разве нет?
— Очень даже неплохие, — согласилась Юлия.
Протез звучно постукивал по плиткам пола, и Юлия подумала, как же нелегко приходится теперь этому жизнелюбу, человеку молодому и здоровому, отчаянному сердцееду и спортсмену примириться со своим увечьем, хоть он и демонстрирует всему миру, что, мол, оно касания к нему не имеет. И тут же подумала о том, о чем собралась попросить Франца Виссека, и о том, удастся ли ее затея.
Несмотря на отчаянную нехватку помещений в клинике «Шарите», доктор Виссек все же сумел выбить для себя персональный закуток на самом верхнем этаже, хотя располагал огромной квартирой в Далеме.
— Иной раз просто необходимо местечко, где можно отсидеться. Не видеть эти отвратные начальственные морды, — пояснил он, поднимаясь с Юлией на лифте. — И где время от времени просто отдыхаешь от людей… Например, чтобы медитировать.
В клинике были осведомлены о том, что доктор Виссек имел обыкновение «медитировать» на пару с какой-нибудь хорошенькой особой.
В каморке он предложил Юлии усесться на единственный стул, а сам опустился на обычную госпитальную армейскую койку и извлек из висевшего на стене шкафчика бутылку коньяка и два стакана, из каких обычно пьют воду.
— Это способствует беседе, — улыбнулся он Юлии, плеснув в стаканы коньяку.
Юлия, улыбнувшись про себя, в очередной раз убедилась, что мало на свете женщин, способных противостоять обаянию и непосредственности этого ветрогона.
Едва они выпили, как Виссек вновь налил.
— К чему? Хватит пока. Или ты собрался споить меня? — недоумевала Юлия.
От выпитого по телу стало разливаться приятное тепло, Юлия почувствовала, как запылали щеки.
— А ты по-прежнему красавица, — негромко отметил Франц. — Даже похорошела.
— Слушай, давай поговорим о более серьезных вещах, — с напускным равнодушием произнесла Юлия.
Но ей было приятно сидеть с этим человеком, пить коньяк, пусть даже из стаканов, из которых перепило уже бог знает сколько его подружек и приятельниц.
— Ладно, выкладывай, что там у тебя стряслось?
— Ну, ты знаешь, что Эрнст занимался актиномицетами, лучистыми грибами… И сумел добиться успехов, пока не… Пока не начался этот кошмар…
— Не волнуйся, продолжай, — коротко бросил доктор Виссек.
— Так вот. У нас не хватило времени для завершения экспериментов. Но мы не сомневались, что идем верным путем.
— Насколько я знаю Эрнста… Вероятно, все так и было.
— Короче говоря, будь в нашем распоряжении еще чуточку времени, мы могли бы заняться и стрептококками, и стафилококками, и возбудителями тифа. Нам удалось — и это нечто совершенно новое — выделить вещество, способное быстро убивать микробы, понимаешь, они просто исчезали без следа. Если бы ты видел…
Когда Юлия заговорила об этом, ее охватывало волнение, передавшееся и Виссеку.
— Подожди-подожди, ты хочешь сказать, вы выделили вещество, которое без следа уничтожает бациллы… из лучистых грибов? — изумленно переспросил Франц Виссек, даже вскочив от неожиданности.
— Именно.
— Да ты понимаешь, что говоришь?
— Разумеется, понимаю.
— Да это ведь… Это просто великолепно! Девочка моя, если все, что ты мне рассказала, имеет место быть, это на самом деле великолепно! Если бы ты только знала, какая гадость возиться с этими нагноениями, с… Ладно-ладно, потом, продолжай, прошу тебя!