ЕСЛИ ТЕБЕ НЕ НРАВИТСЯ ПЕРЕПИСКА КАК ЦЕЛАЯ ГЛАВА, БОЮСЬ, ТЫ ОШИБАЕШЬСЯ.
СУББОТА
ТЭТЧЕР:
| Я купил тебе новое постельное белье для кровати.
Я:
| Ты о чем? Типа для дивана? Спасибо, те простыни были очень классные.
ТЭТЧЕР:
| Нет. Для твоей кровати здесь! Еще купил комод. Кажется, у него около девяти ящиков… Не знаю. Я выбрал тот, у которого больше всего ящиков. Для твоих леггинсов.
Я:
| Ты о чем вообще? Я же не живу там, Тэтчер.
ТЭТЧЕР:
| … Если бы жила, мы бы сейчас целовались у меня на диване.
| *у нас…
| Я бы сейчас тебя вылизывал…
Я:
| А кто сказал, что мы вообще это повторим? Я оступилась и потеряла здравый смысл.
ТЭТЧЕР:
| А как сделать так, чтобы ты снова оступилась… и приземлилась мне на лицо?
ГЛАВА 33
ДАЛТОН
«ЕЩЕ РАЗ» - ГОЛОСОМ DJ KHALED
ВОСКРЕСЕНЬЕ
СОЛНЦЕ:
| Ты делаешь растяжку? Я знаю, как у тебя быстро забиваются задние поверхности бедра, а на последней тренировке мы делали много взрывных движений.
Я:
| Ладно, мам.
| Может, ты сама меня потянешь…
| Окей, беру слова обратно. Странно называть тебя мамой, когда единственное, чего я хочу - видеть тебя, раскинувшуюся у меня в постели…
СОЛНЦЕ:
| Тэтчер. Сосредоточься. Я просто не хочу, чтобы ты получил травму из-за недостаточного восстановления перед первой игрой.
| Ты наденешь ковбойскую шляпу с костюмом?
Я:
| Нет???
СОЛНЦЕ:
| Почему нет?
Я:
| Моему отцу это бы не понравилось.
| Жаль, что ты не едешь.
| Почему, кстати?
СОЛНЦЕ:
| Ну, мне нравится, как ты выглядишь в ковбойской шляпе, Тэтчер.
| Хотелось бы, чтобы ты носил ее почаще...
| По всей видимости, документы для моей поездки потерялись.
| Но ничего страшного, это всего лишь предсезонка. Я проследила, чтобы на будущее всё было в порядке. Монро всё равно будет сосредоточен на подборе сочетаний звеньев и тестировании новых стратегий — в этом я не особенно могу помочь.
| Я уже передала ему свои оценки по игрокам, так что, по сути, я там и не нужна.
Я:
| А вот мне ты нужна.
СОЛНЦЕ:
| Я уже твоя, Тэтчер.
| Я всегда буду болеть за тебя❤️
ГЛАВА 34
ДАЛТОН
ЗДЕСЬ ПОКОИТСЯ ДАЛТОН. УМЕР ОТ СОБСТВЕННОЙ ТУПОСТИ.
Какого хрена вообще значил смайлик в виде сердца? И как, чёрт возьми, попросить у неё фотку, чтобы она не подумала, что я маньяк?
— Эй, кэп, — Хименес возник сбоку, вырывая меня из внутренних терзаний, на которые я так и не нашел ответа со вчерашнего вечера. — Ого. С каких это пор ты стал фанатом «Ред Булла» без сахара? За все наши десять лет дружбы я ни разу не видел, чтобы ты пил энергетики.
Я отвернул экран подальше от любопытного ублюдка и зыркнул на него через плечо. Вместо того чтобы понять намек и отстать, его ухмылка только расползлась шире, глаза заискрились от веселья.
Черт. Началось.
— Но я знаю одну мексиканку с острым языком, которая их пьет, — он закинул руку мне на плечо. — Кэп, ты покупаешь всякие штучки для Ари?
— Она вообще-то моя девушка, — проворчал я, хватая сумку, чтобы направиться к «Бетти».
Он фыркнул:
— Думаю, ты можешь позволить себе что-то посерьезнее, чем банку напитка, — если бы он только видел чек за комод. — Господи, ты так давно не был в отношениях, что забыл, как это работает? Девушке обычно покупают белье или что-то такое.
Я злобно посмотрел на него, но его самодовольная рожа только засияла, пока мы шли к моей машине. Остальные все еще сидели в раздевалке после тренировки.
Сегодня Монро не давал нам ни секунды передышки. Будто он решил выжать из нас все до старта предсезонки в понедельник. Я до сих пор чувствовал, как горит тело после бесконечных столкновений и обратного катания. Ноги налились свинцом, легкие пылали.
Я бросил взгляд на Хименеса, он пожал плечами и пробормотал что-то про ледяную ванну. Новички выглядели вообще на грани обморока. Но я ощущал этот пыл в команде, этот внутренний огонь, готовый вырваться наружу.
Работа Ари с нами уже позволяла выкладываться больше, и я знал — это даст нам преимущество.
Голос Хименеса выдернул меня из мыслей:
— Слушай, я знаю, ты говорил, что все с Ари — понарошку, но, чувак, ты реально по уши влюблен. Любой слепой увидит, как вы смотрите друг на друга… И это я еще молчу про «тренировку», которую она тебе недавно устроила. А еще ты постоянно пялишься на ее офигенную задницу…
Я зарычал:
— Еще раз заговоришь о ее заднице, и тебе понадобятся новые колени к следующей игре.
Я посмотрел на него, и понял, что он добился своего.
Он просто рассмеялся, но в голосе прозвучала серьезность, когда мы подошли к машине:
— Ладно, можешь не говорить, но и так ясно, что все это уже далеко не понарошку… По крайней мере для тебя.
Повисла тяжелая пауза, прежде чем я наконец набрался смелости сказать вслух то, что крутилось в голове уже несколько дней:
— Да, — выдохнул я с глухим смешком, потирая затылок. — Я, блять, с ума по ней схожу, Крис, но не знаю, как, черт возьми, убедить ее дать мне шанс на что-то настоящее. Она такая… независимая. Я не хочу давить, не хочу, чтобы она подумала, будто я не уважаю это…
Он кивнул, задумчиво, уже без всей своей маски бабника. Этот парень на удивление хорошо разбирался в отношениях, он просто сам никогда не следовал своим советам.
— Послушай, многим женщинам в мексиканской культуре приходится бороться вдвойне, чтобы жить так, как они хотят. Скорее всего, она выросла со страхом, что мужчина попытается отнять у нее эту независимость. Держу пари, именно поэтому она такая своенравная. Ей всегда казалось, что иначе нельзя, — его слова заставили меня замереть. — Покажи ей, что тебе это в ней нравится. Что ты здесь, чтобы поддерживать ее так, как ей нужно. Что ее мечты и стремления важны для тебя, и ей не придется от них отказываться, потому что все, чего ты хочешь, — быть рядом, — он пожал плечами, будто не выдал только что нечто гениальное. — Наверное, она думает, что если вы будете вместе по-настоящему, ей придется пожертвовать своими амбициями ради твоих.
Меня передернуло от такого предположения.
— Да я бы никогда не стал ее так принижать. С какой стати я должен просить ее бросить то, что она любит, ради меня, если можно иметь и то, и другое? — выпалил я резко, отчего он только улыбнулся.
— Вот это тебе и нужно ей показать, — сказал он. — Думаю, будет несложно. Ты же вообще не из тех, кто контролирует.
Я остановился на месте, сердце замерло.
— Черт.
— Черт, что? — глаза лучшего друга распахнулись, он почувствовал: сейчас будет признание. — Далтон, что ты натворил?
Я вскинул руки.
— Она меня с ума сводит. Я из-за нее делаю такие вещи…
— Которых никогда раньше не делал?
— Да погоди ты.
Он сдержал ухмылку.