— Лучше быть одной, чем потерять себя, — произнесла я, но даже для меня это прозвучало пусто.
— Подходящий человек не заставит тебя потерять себя. Он поможет тебе найти части себя, о существовании которых ты даже не подозревала. Не дав шанс, ты можешь упустить нечто невероятное, — я с трудом сглотнула, ее слова проникли глубже, чем мне хотелось бы признать. — Насколько я вижу, рядом с Далтоном ты счастлива. Тебе нужно спросить себя, готова ли ты рисковать возможностью обрести настоящее счастье.
В голове вспыхнули образы его улыбок, того, как он слушает меня, как помнит мельчайшие детали...
Далтон заставлял меня чувствовать себя замеченной так, как я раньше не чувствовала.
— Может, ты права, — прошептала я.
— Конечно, права. Я всегда права. Пусть у меня бардак в личной жизни, но, думаю, мои проблемы с отцом помогают давать хорошие советы.
— Dios mío, Грасиэлла…
— А если серьезно, — сказала она уже мягче. — Поговори с ним. Не позволяй страху принимать решения за тебя. Ты, женщина, которая ненавидит, когда мачизм диктует, как нам жить, иронично выстроила себе тюрьму из собственных границ. Может, пора начать жить, Ари.
Эти слова были как кувалда, разбившая ту реальность, которую я сама себе придумала.
— А если я ошибаюсь, и он просто… вежливый? — прошептала я, почти не слышно. — А если он хорошо играет роль фальшивого бойфренда? Он же просто дал мне уйти спать, даже не поцеловал...
Граси издала сочувствующий звук. Это было так глупо. В этом не было никакого смысла, и все же я лелеяла надежду, что мы с Далтоном как в романе, влюбляемся, даже несмотря на то, что все это должно быть фальшивкой.
— Ты хотела, чтобы он побежал за тобой, — сказала Граси вслух то, чего я не могла признать. — К черту это. Иди постучись к нему. Вы буквально живете вместе. Надень кружевное белье и иди к нему, покачивая попой.
— Граси, это не то же самое.
— ы ждёшь, что он сделает первый шаг, чтобы доказать — для него это тоже не фальшь, — она продолжала озвучивать все, что творилось в моей голове, с пугающей точностью. Это бы раздражало, если бы не было так отрезвляюще. Тон Граси стал ликующим. — Божечки, Ари, да ты уже по уши! Это давно не просто «нравится», prima, ты уже перешла на слово на букву «Л».
Я застонала, зарываясь лицом в подушку:
— Ты не помогаешь. Как я могу его любить? Мы даже не настоящая пара.
— Бред. То, что у вас есть, настоящее с самого начала. Ты просто слишком упрямая, чтобы признать это вслух, но мы обе это знаем. То, как вы заботитесь друг о друге? Это не фальшь. Но ты использовала это как прикрытие каждый раз, когда тебе становилось страшно. Пора надеть свои взрослые трусы и признать это наконец, — она выдержала театральную паузу, потом наконец-то сменила тон, будто почувствовала, что я на пределе. — Знаешь, что тебе нужно? Вибратор и качественная фантазия о том, как Далтон шлёпает по твоим булочкам, — пошутила она, добавив звуковые эффекты.
— Тебе срочно надо начать встречаться с нормальными мужиками. Хлопает по булочкам? Серьезно, Граси, это тебе так говорят?
— Хлестает по pompis44?
Это сработало. Смех вырвался из самой глубины груди. К тому моменту, как мы успокоились, по моим щекам уже текли слезы.
— Прошу, напечатай это на футболке.
— О, ты знаешь, я уже в процессе…
Громкий стук в дверь оборвал то, что она собиралась сказать.
Я застыла. Сердце подпрыгнуло к горлу, потому что в этой квартире только один человек мог быть по ту сторону двери.
ГЛАВА 41
ДАЛТОН
ТЫ ПОМНИШЬ ТОТ САМЫ АРТ ИЗ КНИГИ, КОТОРЫЙ ВСЕ ОБОЖАЮТ? ТОГДА ЧИТАЙ.
(арт в конце главы)
Никогда не думал, что пройдусь по коридору в одних трусах, ковбойских сапогах и шляпе.
Я закончил мыть посуду, а потом еще двадцать минут нарезал круги по спальне, мысли не давали покоя. Да, я говорил себе, что дам ей время. Но к черту это. Я больше не мог держать все в себе.
Сегодня — решающая ночь.
Я стоял на месте, охваченный тем же нервным возбуждением, которое чувствовал перед вбрасыванием шайбы. А что, если она не откроет? Уже почти полночь. А что, если она откроет и сразу захлопнет дверь передо мной?
Нервозность сменилась чем-то более тревожным. Прежде чем струсить, я пару раз сильно постучал в деревянную дверь.
Какого черта я делаю? Только бы не открыла, только бы не открыла, только бы не…
Дыхание застряло в горле при ее виде.
И мне было плевать, насколько откровенно я ее разглядываю. Она открыла дверь в шелковом пижамном комплекте. Светло-розовый оттенок идеально подчеркивал ее загорелые, подтянутые ноги. Эти чертовы шортики облегали ее задницу. Казалось, что воздух исчез из комнаты.
На заднем плане я слышал, как кто-то, скорее всего, Граси, что-то кричит.
Но я видел только Ари — ее темные волосы ниспадали на плечи, а большие карие глаза смотрели на меня с любопытством и чем-то еще… чем-то, на что я не смел надеяться.
— Далтон? — спросила она, нахмурив брови. — Во что ты одет?
— Ты сказала, что тебе нравится, когда я в сапогах и шляпе… — пожал я плечами, будто это все объясняло.
Один уголок ее губ приподнялся. Я уловил момент, когда она заметила рисунок на моих боксерах.
— У тебя солнышки на трусах, Тэтчер.
Каждый раз, когда она произносила фамилию, это било прямо в сердце. Но когда это срывалось с ее языка таким хриплым тоном… все опускалось куда ниже.
— Да, так и есть, солнце, — в два шага я преодолел расстояние между нами, обвил ее затылок рукой и прижал к стене, прислонив свои бедра к ее. — Я больше не могу так, — выдохнул я, и все мои сомнения по поводу того, что я выгляжу как щенок, явившийся к ее двери, вылетели к черту.
Особенно когда она смотрела на меня так.
Ее розовый язык играл с моей решимостью, медленно проводя по пухлой нижней губе.
— Что… что ты имеешь в виду? — прошептала она.
Я хотел поглотить её целиком.
Оставить на ней такой отпечаток, чтобы все её стены рухнули передо мной. Хотел, чтобы она задыхалась при мысли о нашей разлуке — так же, как заставляла задыхаться меня.
Я тяжело вдохнул. Я знал, что должен ответить.
Ее сердце бешено колотилось, отдаваясь в пульсе на венке тонкой линии шеи, и я не смог остановиться. Ее притяжение было слишком сильным. Медленно я провел кончиком носа по ее горлу, и по коже прошла дрожь. Я наслаждался каждым коротким вдохом, срывающимся с этих грешных губ.
Идеальна. Она чертовски идеальна.
Мои пальцы скользнули вверх по ее бедру, пока не сжали ее талию.
— Далтон, — мое имя прозвучало, как молитва.
— Да, детка?
Что угодно. Что бы она ни попросила, я дам ей это. Вот до какой степени я по уши влип. Я немного отстранился, чтобы видеть ее лицо. Глаза жадно впитывали каждую деталь: румянец на щеках, эмоции, плещущиеся в этих огромных карамельно-шоколадных глазах, обрамлённых густыми ресницами.
Я хотел смаковать этот момент — смаковать её.
Она начала что-то говорить, и мое сердце сжалось от ожидания… но это был не голос Ари.
— Пожалуйста, скажите мне, что вы сейчас трахнетесь. Господи, это тяжелое дыхание? Эта жажда в голосах, — пронзительный визг едва не пробил барабанные перепонки. — Я же говорила тебе, Ари. Я говорила, что он в тебя влю…
— Немедленно вешай трубку! — закричала Ари, пытаясь оттолкнуть меня, чтобы добраться до телефона, но я не сдвинулся с места.
— Ты еще слушаешь, Граси? — спросил я.