Мне было приятно такое услышать.
Дом у Тамары Ильиничны особо не выделялся среди других деревенских домов – бревенчатый, с резными побеленными ставенками и флюгером в виде кораблика на крыше.
Большого огорода она не держала, а вот плодовых деревьев и кустов росло у нее много.
Деревня оказалась большой, и мы с Ваней много гуляли по ее улочкам и окрестностям.
Пастораль деревенского пейзажа всегда действует благотворно на городских жителей.
Здесь дышалось легче, краски дня казались ярче, а все звуки тонули в птичьем щебете. Ароматный яблочный запах витал в воздухе, перемешивался с благоуханием душистого клевера и доставлял дополнительной благости к общему безмятежному состоянию.
Ваня привел меня к цветущему лугу, полностью заросшему клевером.
Столько оттенков сразу – сочный лиловый, фиолетово-сиреневый, бледно-розовый, пыльно-белый, желтый с коричневой крапинкой. Тут были цветы с крупными пушистыми головками и совсем мелкими округлыми шапочками, низкорослые и с тонкими высокими стебельками.
– Лиля, ты чего застыла? – остановился Юдин, так как я не двигалась с места.
– Ваня, – отвлеклась я от созерцания некошеного, богатого красками луга. – У меня родилась идея.
– Очень интересно послушать, – щурился мужчина от слепящего глаза солнца.
– Ты предлагал мне вязать для твоего магазина ажурные вещи. Так вот… я создам клеверную коллекцию! Маечки, топы, пуловеры в оттенках клевера. Стоило увидеть этот луг, так в голове сразу и сложились нужные образы. Это ведь трилистник?
– Трилистник, – улыбался Ваня. – Но очень редко встречается и четыре листа. Говорят, найти такой – к счастью и удаче.
– Тогда и в вязке я использую форму трилистника. Должно получиться красиво. И в каждое изделие вплету в узор один четырёхлистный цветочек на удачу.
– О чем мы обязательно сообщим покупателям, – обнял он меня и легонько поцеловал в нос. – Хочешь, побудем здесь немного?
– Да, – первой шагнула я в пестро-зеленое царство.
День был настолько теплым, вокруг такая пастораль, что я улеглась на луговой ковер, подставив лицо солнечным лучам.
Ваня устроился рядом.
– Я вижу, вы с моей бабушкой поладили, – переплел он наши пальцы.
– Вполне. Она у тебя очень современная и проницательная. И знаешь, Тамара Ильинична дала мне много дельных советов на тему, как максимально продлить жизнь с помощью правильного питания, образа жизни и социальных коммуникаций. Благодаря твоей бабушке я поняла, что укреплять здоровье гораздо выгоднее и дальновиднее, чем потом лечить болезнь.
– Я рад, что вы нашли общий язык. Бабушка не так-то просто сходится с людьми, если бы ты ей не понравилась, она точно не стала бы раскрывать тебе секретов своей молодости.
– Ну… она раскрыла мне их с одним условием, – следила я за оранжевой бабочкой, порхающей над нами.
– Кажется, я догадываюсь с каким. Бабушка много лет пытается объяснить мне пользу правильного питания, теперь она решила переложить эту обязанность на тебя.
– Точно, – повернулась я так, чтобы видеть его профиль. А он уже и сам глядел на меня.
Это такие упоительные моменты, когда между вами еще нет прочной и тесной связи, но вас уже опутывает, связывает что-то незримое. Оно витает вокруг вас, кружит, пьянит. Такие мгновения запоминаются на всю жизнь, их не хочется отпускать.
– Лиль, – чуть хрипло произнес он мое имя. – Ты ведь не сохнешь по своему бывшему парню?
– Не сохну, – ответила честно. – Я вообще поняла, что не любила, а испытывала к Арсению чувство благодарности.
– За что? – потребовал ответа Иван.
– Он спас меня от тюрьмы, – впервые рассказала я Ване ту жуткую историю об использовании меня вслепую при перевозке запрещенных препаратов.
– Но преступников так и не поймали? – сделал он верные выводы из моего повествования.
– Не поймали. Предполагаю, родственник моей бывшей одноклассницы стал свидетелем полицейского рейда на Ленинградском вокзале, сбежал сам и предупредил Наталью. Ефимова тоже исчезла и теперь числится в розыске. Поначалу я воспринимала все случившееся, как кошмар, но вскоре изменила свое видение той ситуации – это жизнь, пусть и таким жестоким способом, развела меня с ненужными людьми. Если бы не тот рейд со служебными собаками, я бы и дальше возила эти чертовы свертки, в какой-нибудь раз обязательно попалась бы, и мне могло уже не посчастливиться очутиться в кабинете именно капитана Ёжикова, который во всем разобрался и не отправил за решетку жертву чужой игры.