– Это все хорошо, – задумчиво произнес Ваня. – Но не факт, что преступники оставят тебя в покое в дальнейшем.
– Зачем я им нужна? – отмахнулась беспечно.
Иван моей беспечности не поддержал, в его голосе проскальзывало беспокойство.
– Допустим, твоя одноклассница взяла у серьезных людей товар в долг. Расплатиться обещалась после того, как фигурант из Москвы товар сбудет. Из-за твоего задержания, работающая ранее схема рухнула. Ефимова сбежала, а серьезные люди остались в накладе. Возможно, они ищут беглянку даже более усердно, чем полиция. Если найдут раньше, девушка может свалить все на тебя.
– Наталья не знает, где я живу. И я удалила ее номер из записной книжки своего телефона.
– Лиля…, то, что ты удалила номер у себя, не означает, что она не сможет позвонить тебе или слить твой номер другим.
– Ну и пусть, – не хотелось в такой погожий день думать мне о плохом. – Я все равно не отвечаю на звонки, поступающие с незнакомых номеров. Ваня, можно я тебя поцелую? – не давали мне покоя наши с ним объятия в моей квартире. Мне было интересно, каждый наш поцелуй будет таким страстным? Или я больше не испытаю подобных сильных эмоций?
– Нет, – навис он надо мной. – Лучше я сам тебя поцелую.
Сильные эмоции оказались не просто сильными. Кипучими. Наэлектризованными. Сбивающими дыхание.
Я позволила Ване чуть больше обычного поцелуя, скорее всего, позволила бы и еще больше, только наш любовный хмель посреди цветущего клевера нарушил местный тракторист.
– Эй, вы! На лугу, – заорал мужик с высоты водительского сиденья в тракторе. – Сейчас тута уборка начнется. Цветы на сено рогатому скоту пойдут. Полезны они коровам. Протеина много. И белка.
Ваня помог мне подняться с сильно примятой травы и неожиданно вложил в мою ладонь сорванный лиловый клевер. У этого цветка было четыре листочка.