Глава 14
Нашим скафандрам всё равно, вода вокруг или открытый космос, но разница всё же есть. Одно дело идти по палубе или обшивке корабля в вакууме или в газовоздушной среде, а другое — преодолевать сопротивление воды, да ещё и против течения. Скорость заметно снижается, при тех же усилиях, и расход батарей увеличивается в разы.
Я смотрел на индикатор зарядки своего скафандра и понимал, что на три оставшихся дня до подхода линкора к орбите Мидгарда батареи не хватит. С оружием та же самая проблема. Мин нет, дроны все израсходованы, осталось только основное орудие скафандра, с третью заряда, ручные излучатели и виброножи. Мы вели интенсивный бой почти сутки, а потом в панике отступали, толком не позаботившись о пополнении припасов. Подзарядится в перерывах между атаками мы не могли, вся энергия уходила на поддержания боеспособности стационарных турелей и силового поля.
Да, в стандартном наборе штурмового бота должна быть зарядная станция, как и куча другого оборудования для выживания, но так уж вышло, что именно этот важный механизм пострадал при обстреле и оказался полностью уничтожен. Мы не могли даже заняться мародерством, как когда-то на Агаве, снимая нужные запасные части и батареи со скафандров погибших товарищей, потому что ни одного тела так и не нашли.
Наша маленькая колонна выживших медленно брела по океанскому дну в сторону островов, на которых я надеялся найти укрытие. Шли мы уже два часа, и пока никого из местных обитателей не встретили, и тем не менее бдительности не теряли. Впереди шла Кира, в качестве боевого дозора, немного позади топал я и Баха, а замыкал процессию Заг. Все обладатели штурмовых комплексов шли налегке, сканируя окружающее пространство в поисках противника и поводя орудиями из стороны в сторону, а инженеру выпала честь тащить всё то немногое имущество, что мы всё-таки нашли в разбитом боте. К инженерному скафандру Бахи были закреплены транспортные контейнеры с аварийным припасом продовольствия, медикаментами, ручным инструментом, передатчиком и ещё кучей нужных мелочей. Со стороны инженер сейчас напоминал верблюда или пленника, на которого злые конвойные нацепили груз больше, чем он мог унести.
Это было не наказание, и не признаки дедовщины, когда старые солдаты издеваются над новичком, просто в инженерном скафандре всегда аккумуляторы большего объема, к тому же и расход у него меньше, за счёт того, что он легче и не предназначен для ведения боя. Там стоит стандартное силовое поле, как в аварийных наборах, там нет брони, и к тому же больший объем батареи нужен инженерам и техникам для ремонта поврежденных роботов и оборудования в полевых условиях, и для использования инженерного ранца с набором инструментов и диагностических приборов.
Вообще этот скафандр вещь отличная, универсальная, а его стандартный ранец так вообще, один раз жизнь мне спас. Тогда, на Агаве, он превратил мой разбитый штурмовой комплекс рядового в командирский комплект, связав офицерский шлем найденный на поле боя с устаревшим скафандром, и взяв на себя работу поврежденных блоков. Этот раритет, безумное творение Франкигштейна, из внутренностей которого, не смотря на все дезинфекции до сих пор пахнет разложившимся трупом, до сих пор стоит у меня в каюте линкора, как напоминание о том, что человеку всё по силам, если он действительно чего-то захочет, например, выжить. Так что использование инженера в качестве тягловой силы было продиктовано только соображениями экономии и целесообразности.