— Это в глубине.
Я посмотрел на трещину, уходящую вверх. На стену. На камень. На вибрацию, что шла, будто сердце острова билось сильнее. Требовалось принимать решение, срочно!
— Все к выходу!
Никто не спорил, все мгновенно выполнили команду. Когда звучание из глубины усилилось, мы начали отходить к верхнему тоннелю. Остров буквально «дышал» под ногами — не сильно, но достаточно, чтобы каждый шаг ощущался, будто идёшь по мембране, а не по камню. У самого подъёма Заг подошёл ко мне:
— Командир, я не хочу этого говорить, но… надо бы убрать тебя с передовой позиции. И вообще, нужно полностью отключить твой скафандр!
— Причина? — спросил я, чувствуя, что он прав, но не желая признавать.
— Я думаю всё это на тебе завязано. Ты просканировал капсулу сканерами своего скафандра, и она отреагировала. А ты у нас вообще самый громкий.
Он показал на мои показатели на сети: импульсы скафандра, усиленный интерфейс, командный канал…
— Если капсула ловит сигналы… она меня, Баху или Киру может и не заметить. А тебя — уже засекла.
Баха остановился и задумчиво посмотрел в сторону капсулы:
— Он прав. Капсула скорее всего реагирует как интерфейс. Она может считывать импульсы. Командир — единственный, у кого есть полный набор командных протоколов. Это только теория конечно, и тем не менее я с Загом согласен, не нужно рисковать. Давай оставим твой штурмовой комплекс возле этой фигни, пусть она с ним развлекается, а мы по-тихому смотаемся отсюда нафиг!
— Чёрт! — Выругался я — Хорошо. Возвращаемся!
Мы быстро вернулись назад. Я выключил контур питания скафандра, и покинул штурмовой комплекс, оставшись только в служебном комбинезоне. Ручной излучатель занял свое место на моем поясе, туда же перекочевала и аптечка с виброножом. Сейчас я чествовал себя практически голым.
Зря я вернулся и снял скафандр. Очень зря.
Когда я заканчивал перевешивать оборудование, стена рядом с капсулой… подалась. Не сильно, не резко — как будто мембрана дала обратную волну. Камень треснул. Очень тихо. Но достаточно, чтобы я инстинктивно обернулся. Металлическая поверхность под слоем лавы… вспыхнула. Еле-еле.
Я сделал шаг назад. Но поздно. Край мембраны, тот самый, что мы едва видели под камнем, вздрогнул, пузырьком выгнулся наружу и… прилип к моей перчатке. Не ударил. Не схватил. Просто коснулся.
И имплантат среагировал.
С-ЦАК!
Заряд прошёл от моей ладони в мембрану, как электростатический разряд.
«ОПЕРАТОР ОБНАРУЖЕН».
Я успел выдохнуть:
— Чёрт…
И в эту секунду мембрана разошлась, как ртуть, и втянула меня внутрь. Не резко. Не больно. А как будто меня приняли в мягкий слой, как человек падает в воду — сопротивление есть, но оно не ломает.
Я увидел, как Кира разворачивается. Заг тянет руку. Баха кричит что-то.
И меня затянуло. Внутрь капсулы.
Там не было света. Но и тьмы не было. Просто… ровное серое пространство, как будто я стою внутри пузыря. Имплантат сходил с ума, системы не понимали, где вверх, где низ. Окружающая среда — вязкая, но не жидкая. Сопротивление — минимальное. И вдруг передо мной возникло нечто. Не объект. Не существо. А узор. Тёмный, мерцающий, как биологический интерфейс… живой. Он сложился передо мной, как будто капсула рисовала мысль.
ИДЕНТИФИКАЦИЯ.
КЛАСС: ОПЕРАТОР-ПОЛЕВОЙ.
РАНГ: ПОЛНЫЙ ДОСТУП НЕ ПРЕДОСТАВЛЕН.
ПРЕДЛОЖЕНИЕ: АДАПТАЦИЯ.
Я попытался отступить — но мембрана держала меня крепко.
— Не надо, — сказал я вслух. — Не надо адаптации.
Но капсула слушала не голос. Она слушала передатчик имплантата. А я в это время попытался выйти на связь со стоящим неподалеку штурмовым комплексом и дистанционно привести его в боевое положение. Капсула восприняла это как согласие.
АДАПТАЦИЯ ЗАПУЩЕНА.
И мембрана… обняла мое тело. Тонким слоем, как второй кожный покров. Сначала я почувствовал тепло. Потом вибрацию. Потом… синхронизацию.
СИМБИОЗ АКТИВЕН.
БИОСКАФАНДР: РЕЖИМ ПОЛЕВОЙ.
ОЖИДАНИЕ НОСИТЕЛЯ.
— Какой к чёрту носитель⁈ Я его носить не со… — пробормотал я, собираясь сказать, что носить на себе ничего не собираюсь, но договорить не успел.
Капсула ответила. Как будто кто-то лёгкой ладонью коснулся моей шеи сзади. Странное ощущение охватило меня. Перед глазами возникла знакомая сетка датчиков как на визоре штурмового комплекса, только слегка необычная, и с кучей непонятных мне символов, напоминающих узор, что я недавно видел. Визор был чище, прозрачнее. Обзор — шире. Дышать стало легче. Потом мембрана отпустила, я вышел наружу. Не выпал — шагнул.