Геббельсовская пропаганда с весны 1943 года внушала немецким солдатам веру в непреодолимость сверхмощного «Днепровского вала» с твердынями-крепостями, якобы созданными на западном берегу. Приказ Гитлера подкреплял эту ложь требованием: «Ни шагу назад. Любой ценой удержать „Днепровский вал“!» И многие оккупанты верили, что за Днепром они отсидятся, получат передышку, а там, может, с новыми силами вновь двинутся на восток.
Широчайший Днепр, с высоким западным берегом, с низким, а местами и заболоченным восточным, был могучей естественной преградой для наступающих войск. Невыгодные подступы с востока усиливали оборону, а в сочетании с инженерными укреплениями «Днепровский вал» действительно казался неприступным. К югу от Запорожья он проходил по реке Молочной, заканчивающейся ниже Мелитополя мелководным, но широким озером Молочное, которое примыкало к Черному морю. Таким образом, на юге получалась сплошная линия естественных препятствий, наглухо закрывавших подступы к Крыму.
Манштейн и Холлидт решили создать на Молочной небывало плотную группировку войск. Десять пехотных дивизий и три горнострелковые были вытянуты в одну линию. Михайловское направление — участок в сорок четыре километра — защищали шесть дивизий. Штаб 6-й немецкой армии рассчитывал, что именно здесь наши войска будут наносить главный удар.
Вторым по плотности живой силы и огня было мелитопольское направление. На обоих участках гитлеровцы сосредоточили много тяжелой артиллерии.
Но самое, пожалуй, сильное впечатление производил на нас западный берег Молочной, обрывистый, высокий, без дорог.
Помню, как-то приехали мы в колонию Лихтенау, где размещался передовой наблюдательный пункт командующего артиллерией 2-го гвардейского механизированного корпуса. Посмотрели вперед и поразились: перед нами западный берег реки — громада в девяносто метров высоты, изрезанная окопами. Гитлеровцы хорошо видели отсюда наши артиллерийские позиции.
Всю местность на Молочной, как будто специально созданную природой для обороны, противник неутомимо насыщал укреплениями и огневыми средствами. Еще в дни боев за Донбасс мы знали об этом по фотосхемам воздушной разведки. Однако действительность превзошла все наши ожидания. Недаром пожилые пленные сравнивали Молочную с Верденом.
В полосе действий нашей армии гитлеровцы создали наиболее глубокую оборону — до двадцати километров. Здесь проходило четыре мощных рубежа с противотанковыми рвами. Особенно много внимания уделяли оккупанты минированию подступов к позициям, не исключая даже брустверов окопов и дна противотанковых рвов.
Гитлеровцы всерьез и надолго устраивались на Молочной. Это стало особенно ясным после прорыва. Наши инженеры обнаружили до двух с половиной тысяч блиндажей, способных выдержать попадание 122-миллиметровых гаубичных снарядов.
Много можно говорить об инженерном оборудовании «Днепровского вала», но я укажу еще лишь на некоторые особенности.
Прежде всего надо сказать о кинжальном пулеметном огне на переднем крае. В крутых скатах по западному берегу реки Молочной, равных по высоте двадцатипятиэтажным зданиям, гитлеровцы устроили замаскированные «сотки» (скрытые огневые пулеметные точки). Другая, и самая важная, особенность — очаговое построение обороны. Не говоря уже о поселках, каждая высотка или группа курганов представляла собой опорные пункты, изолированные друг от Друга; отсутствовали сплошные траншеи и ходы сообщения в тыл. Делалось это с той целью, чтобы солдаты не смогли покинуть позиции. И наконец, фланкирующий, многослойный огонь пулеметов. На нем была основана система обороны: все, что находилось между опорными пунктами, простреливались.
Противник создал значительную плотность артиллерии и минометов — десятки стволов на километр фронта, что в его практике не часто бывало.
Все это, вместе взятое, представляло собой весьма внушительную силу и вселяло в гитлеровцев уверенность в непоколебимой прочности их позиций.
С 20 сентября 1943 года наши части, преодолевая упорное, все возрастающее сопротивление, вышли на рубеж Тифенбрун — западная окраина Большого Токмака — станция Молочанск — колонии Фишау, Лихтенау, Альтенау и село Ново-Филипповка. Этот рубеж — своеобразное предполье у главной полосы обороны — проходил в двух — четырех километрах от рек Чингул и Молочная. Надо было еще приблизиться к противнику, окопаться и занять исходные позиции для штурма. Завязались кровопролитные бои.