Политотдел армии и его начальник генерал-майор А. Я. Сергеев решили прежде всего восстановить ротные и батарейные организации. В партию за это время было принято много отличившихся в боях солдат и сержантов, немало коммунистов перевели в роты из тыловых служб. За короткое время количество парторганизаций во всех дивизиях удвоилось. Опираясь на коммунистов и комсомольцев, командиры успешно решали труднейшие боевые задачи.
При прорыве Ишуньских позиций 1-й батальон 1271-го стрелкового полка 387-й стрелковой дивизии должен был создать штурмовой отряд для захвата опорного пункта. Помню, генерал Сергеев рассказывал мне, что первую группу сформировали из добровольцев. В нее вошли коммунисты Городков, Коваленко, Мартиросян и шесть комсомольцев.
— Вы должны быть первыми среди первых, дорогие товарищи, — напутствовал их заместитель командира батальона по политчасти. — Увлекайте бойцов своим примером, ведите их за собой, на деле показывайте, как нужно бить врага.
Коммунисты и комсомольцы оправдали доверие командира, они первыми ворвались в траншеи опорного пункта.
В разгар боя погиб командир пулеметного расчета, выбыл из строя и заряжающий. Однако пулемет продолжал строчить по врагу — за щит лег подносчик патронов комсомолец Дема. Осколок мины врезался ему в ногу. Но Дема продолжал стрелять до тех пор, пока ему не нашли замену.
Санитарный инструктор этой же дивизии Валентина Ковалева под жестоким обстрелом перевязала и вынесла с поля боя тридцать раненых солдат и офицеров.
Об этих подвигах коммунистов рассказывали в ротах и батареях агитаторы, писали дивизионные и армейские газеты. Бойцы брали с них пример, держали равнение на лучших воинов — славных сынов нашей Коммунистической партии.
Как-то во время беседы у костра агитатор спросил Валентину Ковалеву:
— Валя, вот ребята спрашивают, почему Ковалева такая отчаянная? Фашисты стреляют, а она не кланяется каждой пуле, бежит спасать раненых.
Скромная коммунистка-санитарка не любила рассказывать о себе.
— Обо мне что говорить? — отвечала Ковалева. — Я как все. Вот когда надумала на фронте в партию вступать, вспомнила героическую жизнь Дзержинского, Камо, Николая Островского, вспомнила и спросила себя: «А могу ли я быть такой стойкой, смелой, терпеливой, твердой? Способна ли до конца выдержать любые испытания, какие выпадают на долю коммунистов в труде или вот, скажем, на фронте?» И дала слово быть такой. Тогда меня приняли в партию. Я соблюдаю свою клятву, как и положено коммунисту.
Простое слово Ковалевой взволновало солдат, заставило их задуматься над своими делами, мысленно оценить их и сравнить свое поведение в бою с благородными поступками членов партии.
Подвиг коммуниста становился примером, достойным подражания, на нем воспитывались сотни и тысячи бойцов. Мне запомнился митинг в 347-й стрелковой дивизии. Перед собравшимися выступил старый боец Федор Гордеев. Он сказал:
— В тысяча девятьсот двадцатом под командованием Михаила Васильевича Фрунзе я участвовал в освобождении Крыма. Теперь мне выпала великая честь — второй раз очищать полуостров от врага. У меня на фронте три сына и два брата. Сын Иван Федорович Гордеев, Герой Советского Союза, погиб под Сталинградом. Мне пятьдесят лет, но рука у меня твердая. Буду сражаться, пока бьется сердце, как дрался мой сын коммунист Иван Гордеев. Доброе имя солдат Гордеевых не посрамлю.
Решительные действия передовых подвижных отрядов спутали все расчеты неприятеля. Планомерного отхода двухсоттысячной армии в Севастопольскую крепость не получилось. Отступление на отдельных участках превратилось в бегство. Наши передовые отряды местами с ходу ворвались на позиции внешнего оборонительного обвода крепости у села Бельбек.
Перед наступающими войсками стоял Севастополь с его мощными фортификационными укреплениями, Мекензиевыми горами, представляющими сложнейшее препятствие.
15 апреля штаб армии получил первое сообщение: сопротивление гитлеровцев усиливается. По данным нашей разведки, командование противника отменило эвакуацию, враг будет сопротивляться.
В этот день на командный пункт армии в Саки приехал начальник штаба фронта генерал С. С. Бирюзов. Мы с полковником Левиным были в это время у командарма. Настроение у нас радостное. 2-я гвардейская армия за шесть дней боев успешно справилась со своей задачей: прорвала мощный укрепленный район на Перекопском перешейке, освободила всю западную часть Крыма и вместе с другими войсками 4-го Украинского фронта подошла вплотную к Севастополю.