Егор осмотрелся, насколько позволяли привязные ремни и массивный защитный шлем. Штурмовик Сергея завис в хрустальной лазури точно справа и выше. Ниже переливались на солнце винты четырех вертолетов. До цели оставалось всего несколько минут полета. Егор связался с вертолетчиками:
Внимание, «Альтаир-15», я «Дракон-1», прием. Подходим к зоне высадки.
Вас понял, «Дракон», прием, — в приглушенном эфиром голосе молодого командира вертолета слышались нотки тревоги за выполнение задания.
И это было хорошо — значит, он справится, мобилизует все свое умение, навыки, знания, и выполнит задание. А позже придет и опыт.
Егор невольно вспомнил свой первый боевой вылет в качестве командира пары. Это было еще тогда, когда он служил на МиГ-23. Ох и поволновался же он тогда… Но боевую задачу по перехвату заблудившегося лайнера выполнил успешно.
Он поглядел на циферблат часов. Секундная стрелка, подрагивая, завершила свой оборот. Штурмовики кинулись в грохочущий ад боя. Навстречу им хлестнули смертоносные плети очередей зенитных пулеметов. Егор резко уводит свой штурмовик, но не в сторону, а под трассы.
«Дракон-2», атакуем зенитки!
Вас понял, Первый!
Под крыльями «Грачей» были подвешены пушечные контейнеры и блоки неуправляемых реактивных снарядов. От тяжелых ракет и бомб решили отказаться, чтобы случайно не «накрыть» взрывами своих же солдат. Подвесные пушки обеспечивали необходимую точность и плотность огня, а блоки НУРС использовались для стрельбы по удаленным целям.
По зениткам ударили реактивные снаряды, стена разрывов поглотила и пулеметы, и обслугу. Штурмовики приникли к земле и на бреющем «прочесали» позиции моджахедов убийственно точным пушечным огнем. Шквал снарядов пробивал толстые глинобитные стены дувалов, взрывал хижины и уничтожал пулеметные точки. Раскаленный вихрь осколков буквально выкашивал «духов». Моджахеды в ужасе выскакивали из домов и тут же попадали под огонь наших десантников. Штурмовики взмыли вверх и снова проутюжили «духов».
Внезапно из развалин почти в упор ударил зенитный пулемет. Егор резко отвернул и чудом ушел от трассы. Рванувшись вверх, он выполнил косую петлю и обрушился на душманский ДШК. Встроенная пушечная установка вместе с подвесными извергли поток огня и стали, в котором захлебнулся «духовский» пулемет.
Су-25 «повисли» над полем боя, внимательно наблюдая за обстановкой.
«Альтаир-15», прием я «Дракон-1». Все чисто, можете садиться.
Понял вас, «Дракон». Спасибо, что расчистили нам дорогу.
Звено вертолетов, стреляя во все стороны из курсовых и бортовых пулеметов, пошло на посадку. Но моджахеды уже и не пытались открыть огонь по «вертушкам» — они были подавлены не только физически, огнем штурмовиков, но и морально.
Вертолеты быстро забирали раненых, выгружали раненых и срывались с места, в крутом наборе высоты уходя с простреливаемой зоны.
«Альтаир-15», побыстрее давайте, — поторопил вертолетчиков Егор.
Быстрее не могу, — раздался в наушниках уверенный голос молодого командира.
Наконец, последний вертолет тяжело оторвался от земли. Внезапно откуда-то из руин ударил ДШК. Его поддержали несколько ручных пулеметов душманов. Моджахеды плохо прицелились, и рой крупнокалиберных пуль прошел чуть ниже винтокрылой машины, а вот пули ручных пулеметов попали в цель.
«Альтаир», уходи!
Егор завалил самолет на крыло, пикируя на пулемет. Ствол зенитной установки сместился, и теперь душманы нацелились прямо в лоб штурмовику. Бронебойные пули били прямо по кабине, рикошетя от брони с визгом и звоном. Егор словно окаменел, удерживая Су-25 на боевом курсе — он видел лишь трепещущий на дульном срезе язык пламени и разлетающиеся веером трассеры. От множества попаданий кабина дрожала, и летчику приходилось парировать рысканья штурмовика на боевом курсе. Наконец, наверное, через вечность Егор утопил гашетку на ручке управления самолета. Короткий залп из шести стволов разнес пулемет вдребезги вместе с расчетом.
Подбитый, перегруженный вертолет с трудом тянул над землей, временами резко проваливаясь вниз или рыская из стороны в сторону. У него за хвостом повисло грязное облако дыма.
Я «Альтаир-12», прием. Повреждена маслосистема правого двигателя и система управления. Буду тянуть, сколько смогу.