И Апрельская революция здесь не исключение. Пока два правящих крыла партии, «Хальк» и «Парчам» ведут кровавую междоусобицу в собственной стране, пришлые «шурави» пытаются своей кровью удержать это полудикое государство на краю пропасти. Тем более что афганское командование постоянно подставляет русских в угоду своим интересам. А весь мир только и трубит о «вооруженной агрессии Советского Союза против суверенного государства». Как будто мировое сообщество забыло, что творили американцы во Вьетнаме.
Вернувшись, Егор увидел на стоянке два четырехмоторных транспортника Ан-12, и догадавшись, зачем они прилетели, медленно стащил с мокрой от пота головы летный шлем… Рядом молча обнажил голову Сергей. То были «Черные тюльпаны». К транспортным самолетам подъезжали медицинские «уазики»-«таблетки» и тяжелые военные грузовики. Из них солдаты доставали деревянные ящики и заносили их внутрь транспортников.
Егор и Сергей пошли на КП доложить о выполненном задании. Там они встретились с экипажами «Анов». Майор Боровик внимательно выслушал донесение и кивнул.
Хорошо. Мужики, давайте помянем тех, кто сейчас улетает… — он достал из сейфа солдатскую флягу, разлил чуть-чуть по стаканам. — Упокой, Господи, их души.
Пусть земля им будет пухом, а небо одеялом, — отозвался майор, командир Ан-12.
Они не, чокаясь, выпили. Вскоре «Аны» улетели, оставив горечь в сердцах тех, кто остался. И отстреленные на взлете тепловые ловушки таяли последним салютом тем, кого не стало среди живых.
А во второй половине дня прилетело пополнение. Ревя двигателями, на полосу заходило два звена новеньких Ми-24 и десяток Ми-8.
Ого, вот это силища! — радовались летчики. — Теперь повоюем!
Когда вертолеты приземлились и зарулили на стоянку, из головного Ми-24 выпрыгнул невысокий жилистый капитан. Черные как смоль волосы, подвижные восточные глаза. Из раскрытых кабин выпрыгивали на землю пилоты и строились возле своих винтокрылых машин. Подошел майор Боровик с офицерами из штаба и начальниками технических служб и снабжения.
Здравия желаю, товарищи офицеры.
Здравия желаю, товарищ майор! Смешанная вертолетная группа прибыла на место дислокации. Старший группы капитан Вано Сулакаури.
Хорошо. Как полет?
Нормально, товарищ майор. Прошел без неожиданностей.
Сейчас идите в столовую, подкормитесь после перелета. Потом идите к зампотылу, он поставит вас на довольствие.
Есть!
Офицеры пошли по дорожке мимо стоянки дежурной пары «Стрижей». Валяющийся на чехлах во «второй готовности» Гиви, внезапно вскочил на ноги.
— Вано! Вано Сулакаури!
Черноглазый капитан остановился и бросился в объятия к летчику.
Гиви! Как ты сюда попал⁈
Так же, как и ты.
Сто лет не виделись!
Ну, ладно, я побежал.
Давай.
День проходил ни шатко, ни валко. Разбирались с последствиями налета F-16, чинили поврежденное аэродромное оборудование. Усиленные патрули прочесывали окрестности в поисках моджахедов. Пришла колонна с боеприпасами и топливом. Летчики проводили воздушное патрулирование, обеспечивали посадку транспортников с грузами.
Прибывшее пополнение занималось тренировочными полетами, в районе аэродрома. Из кишлака поблизости вернулись под охраной БТРа несколько грузовиков с продуктами — в основном, овощами и мясом, выменянным у местных жителей. Шла обычная размеренная жизнь военного гарнизона, что последнее время стало большой редкостью.
Уже под вечер летчики получили задание: вылететь звеном и подавить сопротивление моджахедов, блокировавших перевал. На узкой горной дороге догорали два грузовика, лежали тела мертвых солдат. Живые жались к камням под беспощадным огнем «духов». Наши отвечали короткими очередями, экономя патроны. Укрывшись за каменной осыпью, грохотал тяжелым пулеметом БТР. Со стороны моджахедского укрытия вырвалось несколько дымных стрел реактивных гранат. Сверкнули вспышки разрывов, во все стороны полетели острые обломки камней. Крупнокалиберный пулемет умолк. Душманы, было, высунулись из своего укрытия. КПВТ загрохотал снова, сверкающая струя тяжелых пуль размазала внутренности моджахедов по скальной стене. Уцелевшие солдаты, переползая между камней, собирались возле бронетранспортера.
Б…дь, да сколько это будет еще продолжаться⁈ — выдохнул пехотный капитан. Грохот близкого взрыва заглушил его слова.