Хорошо. Но учти, спрашивать буду строже, чем с остальных.
Летчик буквально просиял.
Не подведу, товарищ старший лейтенант!
Стоп. А звать-то тебя как?
А… Виноват. Алексей Михайлович.
Хорошо, Леша, пиши рапорт на имя полковника Волкова.
Счастливый лейтенант умчался писать рапорт.
Наташа хотела поехать служить в Баграм вместе с ним но Егор и Сергей Ивахненко настояли на том, чтобы она осталась работать в госпитале в Кабуле… Так было безопаснее, да и Серега был рядом и мог удержать девушку от необдуманных поступков, которые взбредали порой в ее голову. Теперь только ниточка телефонной связи или переменчивые радиоволны соединяли их. Как же ему сейчас не хватало Наташки! Но Егор знал, что она любит его и ждет, и на душе становилось легче.
Летчик еще раз тяжело вздохнул, мельком взглянул на свои «офицерские» часы… и взвился, как ошпаренный! Через десять минут начиналась постановка боевой задачи, а он еще торчал у связистов. Егор опрометью бросился к палатке, в которой находился штаб эскадрильи. Влетел одним из последних, и, вытирая пот, плюхнулся на первый подвернувшийся стул. В палатку вошли полковник Волков в сопровождении штурмана и зам. начальника синоптической службы.
Основная часть эскадрильи вылетала в район Парачинарского выступа, бомбить перевалочные базы моджахедов в ущельях и заброшенных кишлаках. Этот район был непреходящей головной болью командования 40-й Армии. Выступ. Далеко вдающийся на территорию соседнего Пакистана вовсю использовали моджахеды. В обширных пещерах располагались склады боеприпасов, мастерские по сборке оружия, мин, фугасов, самодельных пусковых установок ракет. Душманы безраздельно властвовали в немногочисленных оставшихся горных селениях. Местность тут была пересеченной даже по меркам Афганистана, где к отсутствию дорог привыкли испокон веков. Ну и пакистанская граница… С ее авиабазами. Поэтому все ударные операции проводили под сильным истребительным прикрытием «Мигов».
Егору с новым напарником предстояло сегодня прикрывать боевые действия десантников в Бамианском ущелье. Авиаразведка обнаружила там несколько крупных отрядов «непримиримых». По ним уже отработала артиллерия: гаубицы и «Грады». Теперь настала очередь штурмовиков и боевых вертолетов, которые должны прикрывать вышедших на «зачистку» десантников.
Так, задача ясна? — полковник обвел взглядом своих пилотов-штурмовиков.
Так точно.
Группу поведу я лично. Егор, — он посмотрел на Савицкого. — Вы вылетаете по готовности. Присмотри за ведомым и давай без экстрима.
Есть.
И они побежали к самолетам. Штурмовики ждали их на аэродромной стоянке. Быстро пролетело время предполетной суеты, и вот уже тяжело нагруженные бомбами и ракетами машины с ревом взмывают в воздух. Вслед за ними, немного погодя, взлетели верткие и стремительные «ястребки».
Полоса опустела. Лишь ветер швырял мелкий песок на пневматики двух самолетов. Над бетонными плитами вихрилась пыль. Егор давал указания ведомому:
Так, Алексей, бомбим и уходим. Дистанцию держи увеличенную, ко мне в полете не жмись. Если увидел что-то подозрительное, сразу сообщай мне, не молчи. Но и в эфире не болтай. Понял? — Егор внимательно посмотрел в глаза молодому летчику.
Так точно, — Алексей был предельно собран и внимателен.
Тогда — по коням.
Вскоре оба штурмовика взлетели и легли на курс к цели. Полет проходил на высотешести тысяч метров. На фонаре кабины изнутри появились тонкие иголочки инея. Кислородная маска плотно облегает лицо, небо через опущенные на глаза светофильтры кажется фиолетово-зеленым.
Двести шестьдесят седьмой, не жмись, держи дистанцию, — голос через маску звучит глухо.
Вас понял, двести семьдесят пятый, — доносится сквозь шум статики голос ведомого.
Внимание, снижаемся. Разворот влево пятнадцать, прием. Пять минут до цели.
Вас понял, — голос ведомого выдает его напряжение.
«Нормально», — Егор позволил себе легкую улыбку под кислородной маской. Но вслух ничего не сказал. В голубоватой дымке показалось ущелье. Справа возвышались древние развалины то ли колонны, то ли буддийской статуи домусульманской эпохи.
Внимание, доворот вправо десять. Выходим на боевой курс. Цель под нами, работаем!
Егор начал пикирование. В прицеле медленно разворачивался и наплывал темный провал. Наконец, изображение совместилось с прицельной меткой. Пора! Егор нажал на гашетку. Самолет тряхнуло, бомбы сорвались с пилонов, и пошли к цели. Ручку на себя, земля уходит назад и вниз, Су-25 задирает нос, а в следующую секунду уже ложится в вираж, сбивая наводку зенитчикам душманов.