Цель вижу! Атакую! — доложил Егор, заваливая свой штурмовик на крыло, и переходя в пикирование. Но его голос утонул в помехах. Штурмовикам приходилось действовать индивидуально, полагаясь только на собственную инициативу и опыт.
Егор, тем не менее, загнал цель в светящуюся рамку прицела и выпустил сразу две ракеты. Пущенные почти в упор, тяжелые С-24, разнесли зенитную установку, словно консервную банку, превратив «Шилку» в груду обломков.
В этот момент штурмовики ударной группы атаковали колонну бронетехники. Подполковник Волков первой же ракетой разнес головной танк, его ведомый уничтожил БТР. Следующие за ними пилоты, обрушили пятисоткилограммовые бомбы на головы мятежников. Попыталась, было, открыть огонь вторая «Шилка», но ее тут же уничтожила вторая пара из звена прикрытия.
Из-за скал на штурмовик Егора устремился настоящий поток огня — на одной из уцелевших «Шилок», наконец, разобрались, в чем дело и переключили наведение из автоматического режима на ручное управление. Егор и его ведомый с трудом смогли уклониться от непрерывного потока снарядов, казалось, они попали под извержение вулкана. Скорострельность четырех стволов зенитного комплекса составляла 120 выстрелов в секунду! Штурмовики выполнили левый разворот и вышли из зоны поражения. «Как же уничтожить эту проклятую зенитку!» — напряженно думал Егор. «А что, если…» Он покачал крыльями Сергею — «делай как я». Взяв ручку на себя, он с креном вошел в косую петлю, ведомый шел рядом, крыло в крыло. Теперь «Шилка» находилась у них за спиной. Два самолета зависли на мгновение в верхней точке фигуры высшего пилотажа, а потом, перевернувшись, стали стремительно пикировать на цель. Оператор наведения на «Шилке» попытался взять упреждение, но не учел крена, с которым выполнялась фигура. Смертельный поток огня прошел выше и правее пикирующих штурмовиков. Поймав в прицел извергающую разноцветный поток трассирующих снарядов цель, Егор нажал на гашетку пушки. Длинная очередь 30-миллиметровых бронебойных и осколочно-фугасных снарядов пробила тонкую броню зенитной установки и вгрызлась в ее внутренности. На месте «Шилки» полыхнул мощный взрыв. Егор с трудом потянул ручку управления на себя, гигантская тяжесть перегрузки навалилась на него, свет в глазах померк. Но штурмовик, победно ревя турбинами, выходил из пикирования.
Но их уже поджидала новая опасность. С земли к штурмовикам потянулись дымные хвосты ракет переносных зенитных комплексов. Пилоты отстрелили тепловые ловушки, за штурмовиками потянулись облака пылающих ложных целей. Несколько ракет влетели в эти облака и взорвались, остальных удалось «стряхнуть» энергичными противозенитными маневрами.
Я «Грач-7» пуск ракеты!
Вас понял. Всем — противозенитный маневр! Отстрелить ловушки.
Штурмовики веером разошлись над пораженной целью, выполняя маневры уклонения.
Еще пуск! Прикрой — атакую!
Я «Грач-6», я подбит! — в отчаянно маневрирующий штурмовик попала зенитная ракета. Мелькнула вспышка взрыва, за самолетом потянулся шлейф дыма. — Не могу удержать машину! Поврежден правый двигатель! Теряю высоту.
Шестой, уходи. Пятый, прикрой его.
Вас понял, выполняю.
Два Су-25, снижаясь, уходили на аэродром Кабул — это был их единственный шанс на благополучную посадку.
Штурмовики развернулись и ударили залпами ракет. Огненный смерч, пронесшийся над землей, смел зенитчиков. Острые носы самолетов вновь развернулись к оставшимся танкам. Но перелом в бою уже наступил. Оставшиеся в живых танкисты, покидали свои боевые машины и спасались бегством, другие выходили с поднятыми руками.
Штурмовики садились и заруливали на стоянку. Техники быстро заправляли их и подвешивали новый боекомплект.
Наконец, опостылевший шум в наушниках исчез — генераторы помех были выключены.
Заканчиваем работу, возвращаемся на базу, — приказал подполковник Волков.
Им на смену уже спешили вертолеты афганской армии, подтягивались танки верных правительству войск.
Через несколько минут пилоты получили радиограмму с Кабульского аэроузла о том, что их товарищи благополучно приземлились и завтра прибудут в часть.
После приземления пилоты получили сразу три благодарности. Первая была от спецназовцев: на поставленных штурмовиками минах подорвался крупный караван с оружием. Вторая благодарность пришла от имени афганского Генерального Штаба. Афганцы благодарили за 'неоценимую помощь при обуздании мятежников. А третья благодарность пришла лично от командующего 40-й Армией генерал-лейтенанта Ткача. Он похвалил пилотов за мужество и мастерство и приказал предоставить списки для награждения особо отличившихся летчиков.