Наташа остановилась и заглянула Егору в глаза.
Приходи сегодня в гости, — попросила она.
Конечно, приду, — заверил ее Егор. — Солнышко, ты извини меня, мне нужно в штаб.
Егор подождал своих летчиков, и они вместе вошли в прохладное, полутемное помещение, заставленное аппаратурой и рабочими столами с кипами документов. Приглушенный электрический свет падал на офицеров боевого управления, склонившихся над столами и стеллажами с радиоаппаратурой. Раздавались приглушенные фразы. Два офицера о чем-то спорили вполголоса, стоя у огромной, во всю стену карты. Из-за брезентовой перегородки доносилось приглушенное бормотание связиста.
Проходите, присаживайтесь, — пригласил майор Боровик. — Давайте обсудим организационные и бытовые вопросы. Жить вы будете вчетвером в отдельной палатке, питаться — в нашей столовой. У нас есть баня и душевые. А теперь — о самом главном. Боекомплект буде вам подвозиться отдельно, особенно это касается снарядов к пушкам и тяжелых ракет. Но в случае необходимости добром поделимся.
А что у вас тут есть, — спросил Егор.
Реактивные снаряды С-5 разных модификаций, блоки УБ-32–57, немножко — «Эс — двадцать четвертых». Из бомб есть «сотки», ФАБ-250, пятисоткилограммовые фугаски, объемно-детонирующие «Вороны», штурмовые фугасные авиабомбы.
Понятно. А топливо?
Объемы поставок горюче-смазочных материалов пересмотрены в связи с изменением парка боевой техники.
Ну, тогда нормально. Спасибо.
Сейчас у штурмана эскадрилии получите карты. Потом сдадите ему зачет по району полетов. Сейчас идите, обживайтесь. Потом — в столовую. А в… — майор посмотрел на часы. — В тринадцать-тридцать — облет района боевых действий. Полетите с моим штурманом.
Еще раз спасибо, товарищ майор. Разрешите идти?
Не за что. Идите.
Летчики направились к своей палатке. Внутри их скромной обители стояли четыре койки, рядом с ними — тумбочки, у стены большой шкаф, у другой стены — стол и несколько стульев. На койках лежало чистое постельное белье, скатанный матрац, полотенце. Вещей у всех был самый минимум. Быстро разобрали кровати, разложили вещи по тумбочкам и полкам в шкафу и пошли в душ. Потом Егор переоделся в новую полевую форму и со словами: «Ребята, у меня очень важное дело, я быстро», стремительно исчез из поля зрения своих подчиненных. Те только головами покачали.
Через несколько минут блуждания по палаточному городку Егор остановился у палатки, где жила Наташа. Он тихонечко постучал в дверь.
Войдите, — тихо сказали из-за двери.
Он вошел внутрь и увидел ту самую медсестричку, у которой он не так давно спрашивал, где можно найти Наташу.
Тихо, — шепотом сказала она. — Наташа спит. Она только что уснула.
Я на минутку, — также шепотом ответил Егор. — Я только хотел отдать ей вот это, — и он показал маленького, пушистого, мехового щенка.
Ой, какая прелесть! Поставьте, пожалуйста, его на Наташину тумбочку.
Хорошо, — он снял ботинки и шагнул вглубь палатки.
Наташа спала, разметавшись по кровати, на ее милом личике застыло выражение покоя и безмятежности. Волна прекрасных волос цвета потемневшей бронзы разлетелась по подушке, темно-рыжая прядка покоилась на щеке, гармонируя с мягкой смуглостью кожи. Она едва заметно улыбалась во сне.
Молодой человек… Молодой человек.
А, что? — очнулся Егор.
Вы так на нее смотрели…
Да, нет, я… Я пойду, наверное. Передавайте ей от меня привет.
Ровно в тринадцать-двадцать личный состав звена во главе со своим командиром в полной экипировке собрался на вертолетной площадке. Неподалеку стоял пыльный прокопченный Ми-8. Сейчас он был похож на толстого раскормленного скорпиона, приникшего к земле и высоко поднявшего свой ядовитый хвост — хвостовую балку с вертикальным оперением. Но опирался на короткие суставчатые лапы — шасси, тускло блестело остекление нижней части кабины пилотов, напоминая огромные фасеточные глаза насекомого, снизу виднелось смертельное жало курсового пулемета.
«Странные ассоциации», — подумал Егор, шагая к вертолету.
Из кабины выглянул майор Винниченко — штурман эскадрилии, с которым летчики познакомились накануне.
Эй, старлейт! Давайте на борт! — махнул он рукой.
Пилоты, чуть замешкавшись, забрались в стальное брюхо вертолета и сели на лавки вдоль бортов. Егор прошел в кабину пилотов, задев плечом бортмеханика, суетящегося у пулеметной турели возле двери.