— Да что вы зверя пугаете⁈ — жалобно вопросил Укс, подбирая поводок зверя. — Оно же вам сейчас весь двор со страху обгадит. Или иной шмондец выкинет. Очень даже возможный случай.
Лоуд квакнула, подтверждая, что случай не только возможный, но уже и практически неминуемый. Профессор была права — достал дурак-десятник.
— Опять скалится? — прищурился глупый, но зоркий десятник. — А вот я сейчас…
Его оборвал властный окрик из окна…
Гостей поместили опять у конюшни, но комната была попросторнее, и даже с мебелью. Намек Укса поняли правильно — принесли завтрак, простой, но обильный.
— А простоквашу зажали, — Лоуд энергично намазывала свежую булку маслом. — Слушай, нам нужно райдер сочинить и записать. Это среди актерской братии обязательный вопрос, без него просто неприлично.
— Нечем писать, да и некогда, — заметил Укс, откусывая от круга колбасы. — Ты на булку не налегай. И вилку отложи, выглядит явным дрессировочным перебором.
— Как сказал народ — «зверюга всё с ходу перенимает, почти как умное». А народ зря болтать не будет! — Лоуд упихнула в пасть половину булки и не очень внятно продолжила: — На конфрафанфистоф мефим?
— Напрашивающийся вариант. Раз сегодня ночью контрабандисты прибудут, значит, время не потеряем. Глянем, что за корабль, может, согласятся подвезти.
— Чефо им не соглофаться? Не идифоты же, — Лоуд, дожевывая, щедро добавила масла на остаток булки. — Меня смущает непонятный статус контрабандистов. Если они закон нарушают, но об этом все знают, погрузки-выгрузки заранее назначены, то отчего они контрабандисты? Дискредитируют почетную и гордую профессию.
— Наверное, традиция такая. Это же регрессивные «фаты», вон — луна как нарисованная, ночь неестественная, звезд вообще нет, хотя теоретически про них и про многое иное местный народ прекрасно знает. Но особого любопытства и тяги к исследованиям местные почему-то не проявляют.
— Темные, заблудшие уголки обитаемых пространств, — кивнула Профессор, примеряясь к следующей булке.
Укс отодвинул вредную для здоровья сдобу. Напарница вздохнула:
— Сумрак дремлющего разума. Скучновато живут. В смысле, до нас скучновато жили, теперь-то и культурные мероприятия, да и вообще движуха началась. И опять мы робкий луч радости и надежды в дремлющем царстве антинаучного мракобесия и неудовлетворенных сексуальных фантазий. Про этого усатого говнюка не забываем. Кстати, ты вчерашнюю девицу помнишь? Не ту, что с пятым номером идеальной сисястости, а ту, что до нее мелькнула?
— Карманница-то? Не то чтобы помню, но обратил внимание на нюанс. Она тебя, в смысле, разумных дарков, знает. Совершенно не удивилась твоей болтливости.
— Вот недобрый ты. Чего я там сказала-то такого лишнего? Ладно, дело не в этом…
Дверь распахнулась, и Профессору пришлось прерваться — дабы соскользнуть на пол и дохлебывать варенье из миски на весьма неакадемический манер.
Зверя и дрессировщика повели во двор — пришлось предстать перед взглядом самого Кастеляна его Высочества — довольно брюзгливого, но деловитого толстячка, отвечающего за быт дворца. Лоуд душевно покланялась, Укс расписал полную программу представления.
…— Место для «боя с собакой» огородим, занавес поставим, у нас всё имеется, — задумчиво пропыхтел Кастелян. — Тебе пять крон за выступление. Больше не проси, не дам, у меня строгий лимит на культурные мероприятия. Конец полугодия, сам должен понимать.
Укс вздохнул:
— Что ж, для нас величайшая честь выступать перед герцогом. Сертификат, подтверждающий факт выступления перед столь благородной аристократической аудиторией, выпишете?
— Это можно. Но смотри мне… — кастелян многозначительно поднял пухлый палец.
— Понял. Скучно не будет, запустим бонусные номера, тут у вас такого еще не видели.
— Это само собой. Рекомендую выложиться. Его Светлость требователен. Заскучает, может и кубком швырнуть. Старинное серебро, весьма тяжелое.
— Благодарю за предупреждение. Расстараемся на славу. Нижайшую просьбу имеем…
Купание Кастелян дозволил и разрешил, сразу отдал распоряжение. Опытный человек, знает, что благородному обществу лучше мытых зверей показывать, чем наоборот.
…— Есть в этой пасторальной убогости какое-то очарование, — заметила Лоуд, забираясь в бочку с нагретой водой. — Жаль, конечно, что водица не морская.
— Увы, — согласился Укс.
О морях и океанах в здешней «фате» ходили лишь смутные и неопределенные слухи. Не везло с выходом на главную цель неутомимой разведчице коки-тэно. Собственно, сам Укс той главной исследовательской задачей давным-давно проникся, никогда не забывал навести справки. Не чужое племя коки-тэно, пусть это и звучит странновато.