Сблизились у дивана, душистые пальцы с длинными, почти черными ногтями взяли Укса за подбородок:
— Будем время терять, малыш?
— Ни мгновения! — ужаснулся дрессировщик.
Он действительно был на полторы головы ниже хозяйки покоев — дисгармония, даже потомка полубогов слегка угнетающая. Но отступать не было и мысли. Не такие высоты брали. Что вызывало легкие опасения — количество драгоценностей на герцогине. С такими «латами» будет нелегко слиться воедино душой, поцелуем и прочим…
Хозяйка властно переплела пальцы с пальцами мужчины, давая понять, что он должен делать. Укс покорно шагнул на подушки дивана, вознесся над полом. Герцогиня, томно приспустив тяжелые ресницы, одним рывком выдернула из брюк заправленную сорочку гостя, пальцы в перстнях опытно и мгновенно ощупали. Только после этого впилась поцелуем в губы…
Демоновски сильные ощущения.
Герцогиня перенесла свое внимание чуть ниже. Никакой дисгармонии там не наблюдалось, на этот счет гость был совершенно спокоен.
О, Логос-свидетель! Благородная хозяйка владела магией. Видимо, эту разновидность волшебства стоило называть «серединной магией», виртуозным искусством, основанным не на дурацких заклинаниях и чтении древних пыльных фолиантов, как на вдохновенных и многочисленных тренировках.
Права, права Профессор — нет таких высот, которых не могла бы взять талантливая прирожденная шмонда. Укс трепетал, подобно насаженному на крючок живцу-черноперу…
… потом ему дали шанс показать свои таланты… и между приступами восторга намекнули на возможность оказать услуги иного плана, влекущие постоянное сытое место при дворце, и целую череду волшебных ночей…
… а потом явился зверек по имени «Облом»…
…В дверь саданули столь крепко, что загудела вся башня — видимо, сапогом сходу вписали.
— Открыла, тварюга! — от трубного гласа зазвенело в ушах.
Герцогиня мгновенно одернула парчу и шелка юбок, пряча подвязки с рубиновыми пряжками и иную роскошь, едва слышно шепнула:
— Стуканула мужу таки дрянь какая-то. Исчезни, малыш, как угодно, иначе убьет…
Собственно, слова были излишни, поскольку ситуация предельно ясна.
Уже не глядя на любовника, герцогиня, кинулась к двери, вопя:
— Да не ломайте дверь, Ваше Высочество, уже открываю!
С грохотом распахнулась надежная дверь, и в будуар ворвался здоровенный, весьма импозантный мужчина, к сожалению для Укса, еще весьма нестарый, быстрый в движении, и не особо глупый.
— Где этот ничтожный хорек⁈ — немедля перешел к сути дела герцог, озирая будуар и особое внимание уделяя тяжелым портьерам.
— Спаси меня боги, вы о ком? — весьма хладнокровно уточнила достойная супруга.
— Этот, мелкий, как его… дрессун. Ну, ты, дорогая, докатилась. Ниже только погонщики ослов!
— Никогда! Ослы без титула для меня не существуют! — гордо и бесстрашно заявила герцогиня.
— Сейчас ударю! — зарычал супруг. — Ты меня знаешь! Где он⁈ Сверну его тощую шею и успокоюсь. Меня это всегда успокаивает. Ну? Или сейчас сама получишь!
— Только не по губам! Сам потом пожалеешь, — предупредила герцогиня, пятясь от взбешенного супруга.
— Последний раз спрашиваю — ГДЕ ОН⁈
— Да не знаю я! Честно.
— В смысле? — удивился герцог. — Не знаешь, где прячется? Он что, маг? Шпионил? Сейчас я тебе к-как наподдам по тугой холеной жопе… Маг-шпион, это тебе вообще не забава.
— Эрни, не сходи с ума. Не знаю, про кого ты говоришь, но с магами я даже в принципе утешаться не стану. И тебе это хорошо известно! Что еще за отвратительная фантазия⁈
— Ну.… Ну, допустим. Хотя от такой разнузданной особы…
— Я только для вас разнузданная, Ваша Светлость, — проворковала герцогиня, демонстрируя безупречный профиль и высоко вздымаемый взволнованным дыханием бюст. — Исключительно для вас. Иду на жертвы, вымаливаю жалкие мгновения вашего внимания. Хотя бы беглый взгляд, краткий миг, ничтожный шанс пасть к вашим ногам, запрокинуться пред суровым властным взглядом…
— А тут кто-то не на шутку пылает, — отметил опытный супруг. — Так хорош этот карлик оказался? Даже любопытно. Где он? Обещаю удавить быстро и безболезненно. По возможности. Давай его сюда.
— Как я могу дать непонятно кого, находящегося непонятно где? — надула и так пухлые губы герцогиня. — Можешь меня обвинять в чем угодно, извалять во лжи и абсолютно безосновательных подозрениях, но я всегда давала тебе то, что ты хотел. Ты этот будуар знаешь не хуже меня. Тут разве что хомячка спрятать можно.
Герцог подошел к основной двери, стукнул в нее сапогом: