— Да, тут мы не конкуренты, — вздохнул Укс. — А нет ли в том греха — спаленную демонскую балду на лечебные порошки толочь?
— Прямой грех, отъявленнейший! — заверил брат-надзиратель, подбадривая сапогом завозившегося тюремного брата-слесаря. — Наш маг-инквизитор при продаже препаратов с места казней всех покупателей аккуратно учитывает. Через полгода арестовывают и под суд. У нас с этим строго!
— И правильно! Закон для всех один! — одобрил Укс, на пробу шевеля ногами, уже отягощенными тяжеленной цепью. — А полгода отсрочки, они чем обоснованны?
— Ну как же — это же наука, тут всё тонко. А вдруг снадобье реально подействовало, помогло хитроумцу, нужно же этот процесс отследить, проверить, записать результаты. Эксперимент! Слыхал такое научное слово? Маги у нас соображающие, даром, что академий не кончали, местные все таланты. К тому же, если ведьма сегодня купила хвост казненного демона, а завтра ее в трибунал «приняли», так другие начнут опасаться грешить. Распугается покупатель-то.
— Тонко, — восхищенно покачал головой Укс. — Так сразу и не догадаешься.
— А ты думал! «Круговорот греха человечьего», как говаривал бессмертный дон Рэба. Ты вот что, парень, если после бичевания отлежишься, давай к нам в орден. Святому делу соображающие и раскаявшиеся грешники очень даже нужны. Через год-два из послушников выйдешь, погоны брата получишь. На всем готовом плохо ли жить? У нас тут слушательницы из женской школы дознания регулярно на практические занятия приходят, обучаем, делимся опытом, у нас парк пыточных машин очень хороший.
— Это конечно. Но бичевание все ж… Может, и сразу сдохну.
— Веселей держись, ты парень крепкий, да и отец Хеодор за тебя словечко замолвил, — дружески подмигнул отвратный надзиратель.
Убрались, наконец, надзиратели. Подвально-тюремные загоны окутала тишина темного спокойствия — единственная плошка со свечой висела у выхода.
Укс звякнул цепью и пробурчал:
— Черт знает что такое, да простят мне столь греховное сравнение. Понтов выше крыши, а цепи ржавые, почти не смазанные.
— На меня вообще кое-как нацепили, — сообщила Лоуд, оказавшаяся в клетке напротив, на две решетки левее к выходу. — Чувствую себя каким-то бомжеватым демоном 28-го класса и тридцать третьего сорта злобности.
— Поточный метод, издержки конвейера. Ты металлолом глянула? Со сниманием проблемы будут?
— Да какие? Кандалки сами сваливаются, не под мои стройные конечности ковались. После ужина начнем?
Вопрос был риторическим. Опытные зеки-рецидивисты до раздачи ужина «когти не рвут» — это и глупо, и западло, вообще не в традиции.
С ужином не затянулось, принесли своевременно. Укс поковырял в миске — каша была даже посомнительнее давешнего кабацкого рагу. Нет уж, воздержимся. Побег с расстроенным желудком — переусложненный квест, нам сейчас не надо. Укс сидел на соломе, размышлял об оптимизации процесса побега, слушал бубнеж напарницы — Лоуд пыталась понять, какими костями кормят осужденных демонов в данной «кучумке». Получалось, что кости павианьи, что выглядело определенным нонсенсом.
…— Да нет, точно они… вот ребрышко характерное.
— Оставь эту сравнительную патологоанатомию, — посоветовал Укс. — По существу что?
— Да что… ну, очень скучно бессловесно слушать, как тебя приговаривают. На редкость тупые изуверы-шовинисты. Вот, допустим, я демон. Пусть так! Так что мне, переводчик даже в принципе не полагается⁈ Шмондюки позорные…
— Уймись. И так эта говорильня надоела.
Лоуд сказала кое-что по существу — в наблюдательности и вниманию к деталям Профессор была признанной специалисткой — потом хихикнула:
— Уксик, а чего я тебе скажу. Тебе наверняка интересно будет. Ты на зрителей нашего процесса смотрел?
— Да когда? Я же на защите сосредотачивался, мне, между прочим, это не очень привычно.
— Не прибедняйся. Отлично справился. Моя школа. Вот иной раз думаешь — вас учить, что в море пИсать — откровенно малоэффективное занятие. Но есть же очевидные результаты. Пусть незначительные, но на здешнем гнилозубом и ущербном юридическом фоне ты вполне блеснул. Вот — теперь и знакомства завел, личного покровителя урвал. Этот, как его…отец Хеодор на тебя явные виды имеет. Сексапильненький ты у нас…
Укс поморщился прутьям решетки и уточнил: